А с другой стороны звонко цокали когти шилопаука, с бешеной скоростью перебирающего лапами, не разбирая дороги. Погонщик Рабов сидел в седле, мрачно нахохлившись, и следил за мной ярко-красными глазищами. Подпускать их вплотную нельзя ни в коем случае – меньше всего мне сейчас хочется очутиться в жуткой пасти его зверюги.
– Как… дела? – кричу Рабану, в очередной раз подскакивая метров на пять.
– Регенерация проходит нормально! – лихорадочно доложил симбионт. – Держись, патрон, держись! Главное, не замедляйся! А лучше – спрячься куда-нибудь!
– Куда, куда?! – заорал я.
– Да хоть в каналюгу прыгай! Там, правда, дерьмо, но ничего, тебе сойдет!
– Если… я… сегодня… сдохну… – злобно пыхчу я, грохоча по едущим машинам, – меня… будет… утешать… только… одно!..
– Что?
– Что ты тоже сдохнешь!!!
Очередной прыжок… и я застреваю! Машина оказалась с люком, и я угодил туда правой ногой! Теряю драгоценные секунды. Водитель орет, пытается открыть дверь, тетка рядом с ним визжит так, что у меня закладывает уши. Шилопаук уже совсем близко.
Водитель все-таки выскакивает наружу… и тут же падает мертвым – его задевает автоматной очередью. Остальной град бьет по мне, но у автомата пули пожиже, их мой хитин выдерживает без проблем. Только жжет сильно.
Высвобождаю ногу, одновременно сгибаясь в три погибели, увертываясь от хлещущего над головой кнута. Ужасная лапа в виде костяного шила пропарывает капот, вырывается струя пара. Женщина внутри лежит без сознания.
Замечаю, что джип притормаживает. Дверь приоткрывается – оттуда выглядывает сгнившее лицо будхи. Спрыгиваю на асфальт и вновь беру низкий старт, устремляясь куда глаза глядят.
Еще минута… Мчусь так, что в ушах свистит. Пальцы уже почти срослись – еще немного, и можно дать бой.
Но не здесь же! Кругом полно народу – будет много ненужных жертв. Когда я разбушуюсь, то крушу все вокруг. Да и те, кто мне противостоит, явно не собираются цацкаться со свидетелями.
Значит, надо срочно искать тихое местечко…
Ну да, конечно! Резко сворачиваю на узенькую улочку – совсем рядом моя временная берлога. Старое кладбище, на котором работает сторожем надежный товарищ Святогневнев.
Да, его ожидает неприятный сюрприз…
На бегу разворачиваюсь и плюю кислотой в несущийся на всех парах джип. Шофер в последний момент успевает вильнуть рулем, и зеленоватая жидкость растворяет только левую фару и часть бампера. Железяка бьет по асфальту, высекая тучи искр, машина слегка сбавляет скорость.
Зато шилопаук не отстает. Бежим дворами, машин и прохожих нет, и он начинает меня настигать. Погонщик Рабов приподнимается в седле, раскручивая над головой кнут. Сейчас хлестнет…
Удар! Взвиваюсь в воздух, делая огромный прыжок. Приземляюсь на все восемь – о, уже почти не больно! – вновь выпрямляюсь и устремляюсь в просвет между домами. Еще немного, еще чуть-чуть…
Тут опасно – в окнах уже зажигается свет. Мне ни в коем случае нельзя привлекать к себе лишнее внимание – нет ничего хуже для тайного резидента, чем реклама. Представляете, что будет, если Йог-Сотхотх узнает, что я в свободное время самовольно посещаю Землю?! А он непременно узнает, если я нашумлю слишком сильно!
Перепрыгиваю через ограду – бегу между могил. Хвост несется сзади – виляю им, чтобы обмануть охотников. Хвост в одну сторону – Погонщик Рабов за ним, а я совсем в противоположном направлении.
Шилопаук с легкостью перемахивает через забор – эта тварь неплохо прыгает. Да и ростом его бог не обидел. А вот у джипа такое не получается – приходится ехать к воротам. Хе-хе – ворота с противоположной стороны кладбища!
О нет! Они вовсе не едут к воротам – просто отъезжают подальше, чтобы взять хороший разгон. Эта проклятая колымага яростно взревывает и мчит прямо на ограду. Та старая и хлипкая – мужики легко ее проламывают. Будха высовывается из окна и шипит – ему в глаз воткнулась щепка. Вырывает ее и выбрасывает – око обновляется в мгновение ока.
– Патрон, ну ты хоть сейчас можешь не каламбурить?! – ругается Ра- бан.
– Заткнись, я снимаю напряжение.
Бегу со всей мочи к дому Святогневнева – буду вести бой на привычном поле. Там мне знаком каждый кустик, каждая травинка – пару месяцев назад мы тут уже… но об этом как-нибудь в другой раз.
– Ну теперь подходите! – ору я, с хрустом распрямляя сросшиеся пальцы и выпуская все сорок два когтя. Крылья по-прежнему висят безжизненными тряпками, но ничего, я и на земле превращу их в холодец!
Прыгаю вперед, в последний момент переворачиваясь на спину, и пролетаю под брюхом у шилопаука. Вспарываю ему кожу, выпуская кишки – шилопаук только называется пауком, но с членистоногими ничего общего не имеет. Так что кишки у него есть… и зубы тоже!
