– Захочешь еще – у меня их много. Можешь даже не спрашивать, просто бери, кто приглянется. Между прочим, у тебя штаны порвались.
– Вижу… – завертелся вокруг своей оси я. – И именно на заднице…
– Хорошие штаны, – внимательно посмотрел туда же Шаб-Ниггурат. – Где достал? Я бы от таких тоже не отказался…
Еще бы – модель-то специализированная, для военных! Наш полководец ко всему солдатскому неровно дышит.
– У меня дома еще есть. Могу уступить пару…
– Здорово! – обрадовался демон-козел, уже предвкушая обновку. – Это ведь с Земли?
– А откуда же? Ну что, замазали?
– Да, надо бы замазать, – задумчиво кивнул Шаб-Ниггурат, явно не поняв слэнгового выражения. – Надо, а то этот змеезадый увидит, зашипит… только не говори никому, что я так про него сказал.
– Ни слова не пророню! – возмутился я, незаметно проверяя, включен ли диктофон. Лишний компромат никогда не помешает.
Шаб-Ниггурат что-то недовольно проворчал и начал выдыхать клубы черного пара, мгновенно покрывшего оскорбительные слова плотным слоем. Магия демона поработала капитально – всего через пару секунд от надписи ничего не осталось.
Ничего, кроме уродливого буро-красного пятна на великолепном черном ониксе.
– Червь и Бездна… – растерянно почесал правый рог полководец. – Теперь он еще сильнее разозлится…
Да уж, Йог-Сотхотху это не понравится – он очень ревностно следит за сохранностью Кадафа во всем его жутком великолепии. А после заклятия Шаб-Ниггурата следы останутся надолго…
– Позову слуг! – обеспокоенно защелкал пальцами Черный Козел Лесов.
Через миг грянула вспышка, полыхнула легкая молния и на его зов явился Шкудьюх – один из демонов-служителей, ответственных за чистоту помещений. Он укоризненно покачал головами, глядя на беспорядок, и его хвосты-метелки начали лупить по стене, вновь возвращая великолепному ониксу прежнюю черноту.
– Господин полководец, я и так кручусь, как лярвы вокруг добычи, неужели даже у вас не хватает разумения не пачкать? – пробурчал ремонтник, вторым ртом читая заклинание для лучшего блеска. – Только четверть эондра назад отчищал четвертый коридор в правом крыле от нижней спирали, сюда прихожу – тут то же самое! Э-хе-хе…
Я смущенно зашаркал ногой, стараясь не смотреть демону-работяге в глаза. Но все-таки рискнул попросить у него помощи с прорехой. Прислужник раздосадованно цокнул языками, но все-таки починил мне штаны коротеньким заклятием.
– Перекусить бы тоже неплохо… – раздумчиво проговорил Шаб-Ниггурат, снова щелкая пальцами.
Наш полководец кушает не так много и часто, как я, но он же все-таки архидемон. А это автоматически означает феноменальную прожорл- вость.
– И вскоре славный день опять наступит, сожмется снова яростный кулак… – напевал себе под нос Шаб-Ниггурат, пристукивая копытом в ожидании трапезы. – И яркий Свет пред Тьмой тогда отступит, и вновь взовьется гордо черный стяг… И пусть враги трепещут перед нами, и пусть союзники боятся нас…
– Ваш обед, господин! – прервал его рослый шестирукий демон, держа в каждой ладони по подносу. Кроме правой задней (у него они растут не сверху вниз, как у меня, а спереди назад) – там он держал полотенце. – Как заказывали!
– Прекрасно! – облизнулся Шаб-Ниггурат, потирая копытообразные ладони. – Что мне тут… а!.. а!.. а-а-а-а-а!!! Да как посмели?!!!
– Что там? – заинтересовался я. – А, козий бифштекс…
– Как посме-е-е-е-э-э-э-эл?! – злобно заблеял великий демон с турецким акцентом. – Мне-е-е-е-э-э-э-э, мне-е-е-е-э-э-э, Черному Козлу Лесов, подать козлятину?!!!
Демон-слуга испуганно отшатнулся, едва не роняя подносы. А потом просто топнул ногой и растворился в облаке дыма, бросая обед на пол. Попадаться Шаб-Ниггурату под горячую руку нельзя – растопчет. Лучше уж сбежать – он не запоминает всякую безымянную шелупонь, так что мстить не будет.
Но с их стороны это было реально неосторожно. Не то чтобы Шаб-Ниггурат испытывал какие-то теплые чувства по отношению к дальней родне. Он без зазрения совести жрет и коз, и даже себе подобных, козлодемонов… если поймал сам. А вот если ему подают их на тарелочке – воспринимает как личное оскорбление и люто бесится.
Он вообще ужасно мнительный.
– Уничтожьте немедленно эту мерзость!!! – бешено заорал Шаб-Ниггурат, стараясь не смотреть на еще дымящиеся бифштексы.
– Сделаем! – зачавкал я.
– Скажи, а ты веришь в родство душ? – между делом спросил я.
Меряю воздушное пространство над выжженными пустошами Инкванока. Крылья не шевелятся – парю подобно могучему альбатросу. Еще четверть часа, и на горизонте покажутся сине-зеленые воды Глубинного Царства – великого океана, на дне которого стоит дворец Дагона, лежит затонувший город Р’льиех и спит великий Ктулху.
– Нет, не верю, – ни на миг не задумался Рабан.
– Почему?
– Потому что это выдумка.
– А откуда такая уверенность?
– Знаешь, патрон, миф о том, что для каждого человека где-то существует его половинка… это из разряда сказок про Деда Мороза, разносящего подарки.
– Подожди… Мы же встречались с Дедом Морозом! Даже разговаривали!
