Минута… Две… Три… Четыре… Пять.
Варя с усилием открывает глаза. Чувствует отогревшиеся ноги, уже слегка подсохшие волосы падают на лицо, тело размеренно перегоняет теплую кровь. Она садится на кровати и видит первые закатные лучи солнца в окне.
«Нет! Нет-нет-нет!!! Сколько я пролежала?!»
На телефоне высвечивается время. Час уже поздний.
«Черт-черт-черт. Бабушка сейчас вернется! Как же так!!!».
Варя как можно быстрее встает, судорожно одевается. Складывает все необходимое в рюкзак и выходит на улицу. Она легко находит во дворе лопату. Выходя из потайной калитки до нее доносятся звуки железной задвижки со стороны двора. Возможно, удача сегодня на ее стороне.
***
Сухая трава колосится на ветру, цепляется за Варены джинсы, не пускает к старому ветвистому дереву. За время, что Варя спала и восстанавливалась, кто-то уже вырыл яму. Массивная куча черной земли простирается недалеко от глубокой ямы.
«Нашел ли Паша племянника? Раз успел выкопать могилу Нины. Что, если это сделал кто-то другой, что, если могилка уже разворована?»
Варя стремительно приближается.
На холодном темном дне ямы виднеется деревянный, почти полностью сгнивший короб. Варя отворачивается от него, выдыхает, бьет себя по щекам.
«Соберись! Возьми себя в руки!»
Лопата остается воткнутой в землю, рюкзак повешен на нее сверху. Варя одним прыжком оказывается внизу. Она падает на колени, слегка стонет от боли отбитых ног. Крышка гробика местами съедена тленом и насекомыми, она ничем не прибита, и чтобы сдвинуть ее с мета, приходится немного раскопать землю руками, освобождая ее от плена и натиска. Прикладывая усилия, Варя сдвигает влажное дерево, отрывает черные доски, и земля сыпется на нее со всех сторон большими слипшимися камнями.
Дно гроба сросшееся с почвой, уже почти полностью объедено. Белые кости погружаются в землю так же плотно, лишь частями выглядывая наружу. Варя дрожащими пальцами нежно откапывает ровно лежащий маленький светлый череп. Долго смотрит на него, видит миленькое невинное лицо Нины. Остальные косточки она так же филигранно возвращает на воздух, складывает вокруг. Дает себе небольшую передышку. Запрокидывает голову назад и старается глубоко дышать не сырым воздухом. Буря эмоций слегка отступает, она присаживается на корточки и думает, что следует сделать дальше.
Для ритуала все есть, кроме останков мамы.
«Где их искать? Нашли ли ее тело, похоронили ли? Или она все еще там, в холодной воде, не унесла ли ее река далеко отсюда? Если дух ее находится в лесу, может быть стоит отыскать его и спросить? Когда-то я уже встречала ее в воде».
«Думай».
«Думай».
«Думай».
Глаза вдруг настигает чья-то тень. Зрачки расширяются, Варя видит, как кто‑то передвигается наверху к торчащей из земли лопате. Она хватается за край срывающейся вниз земли и пытается подтянуться с прыжка. Получается не сразу, и все же она выбирается наверх. Закатное солнце слепит глаза, а когда они привыкают, Варя видит, как с ее рюкзаком в лес уходит быстрым шагом молодая девушка. Узкие штаны, ботинки и очень большая серая толстовка, скрывающая фигуру. Капюшон, полностью закрывающий голову и лицо. Варя, лежа на траве и разглядывая уходящего человека, вдруг содрогается.
«Охотники!»
***
Варя знает, что поступок отчаянный, знает, что скорее всего у нее есть выбор унести ноги. И все же, она поднимается на ноги и следует за охотником. Варя бежит до самого леса. Отыскивает след. Выдыхается, ноги заплетаются, со всех сторон нападают кровожадные комары, бьют ветки и жалит листва.
Глубоко в лесу Варя теряется, не находит ни следов ни звуков сбежавшего охотника. Вокруг слышится только стуки дятлов по стволам и шуршание массивных листьев.
Справа раздается знакомое «АУ!». Варя бежит на голос со всех ног, травмируя себя злыми шипами ветвей. Она оказывается на одной из тех развилок, где они с Пашей заблудились в первый раз. Варя тяжело вдыхает воздух, наклоняется, опирается руками на колени, восстанавливает пульс. Замечает, как с ее щеки стекает теплая струйка крови. Слишком глубоко поцарапала.
— Неужели уже выдохлась? — раздается из чащи леса девичий предательски знакомый голос. Она говорит размеренно и надменно, — что же в тебе такого интересного?
Варя молчит. Разгибается и пытается найти взглядом лицо противницы, но густая тень от деревьев не дает различить ее среди стволов и ветвей.
Зоя выходит на свет сама. Скидывает с головы серый капюшон, высвобождая рыжий хвост. Варя замечает на ее лице болезненные синие оттеки и ссадины, следы не так давно прошедших побоев. На секунду появляется надежда, что вовсе Вербина не так непобедима, как кажется.
Зоя подходит ближе на пару метров, наигранно корчится. Открывает ее рюкзак, бесцеремонно шарится. Достает брошь, откидывает на землю все остальное, как мусор.
Громкое дыхание Вари наконец становится ровным. Ноги становятся устойчивее, чем были. На мгновение она уверена, что сил у нее предостаточно, чтобы справиться.
