Явление Пророка полностью

А теперь, как говорят здесь, в Америке, I have news for you, у меня есть новость для вас. Теперь вслед за христианами, пришла очередь и мусульман расстаться с антисемитизмом. Да, это будет непросто, но точно так, как Всевышний помог человечеству избавиться от бубонной чумы, сибирской язвы, холеры и коронавируса, так Он поможет вам избавиться от антисемитизма. Вы спросите: для чего? Зачем Всевышний вернул нас в Израиль и принуждает вас отказаться от стремления нас уничтожить? Ведь у Него должна быть какая-то цель, верно? Я скажу вам свое личное мнение. Потому что, по Его замыслу, каждый народ должен дать человечеству то, что он делает лучше всего. Французы – кулинаров и парфюмеров. Англичане и русские – писателей и поэтов. Итальянцы – художников и музыкантов. Немцы – солдат и философов. А мы, евреи, – гениев. Гениев, которые во всех областях двигают человечество от дикости и идолопоклонства к культуре, гуманизму и техническому прогрессу. В этом наша миссия, которую мы выполняем уже две тысячи лет, несмотря ни на что! А потому есть у нас генетическое, торсионное, ядерное, тектоническое, космическое или еще какое-то оружие самообороны или нет – не ваше дело! Позволите вы нам иметь оружие защиты или не позволите – это нам все равно. Как сказал когда-то один из основателей нашего государства Зеэв Жаботинский: «Нравимся мы вам или не нравимся, нам это безразлично, раньше вас мы пришли и позже уйдем». Спасибо за внимание.

Голосование по принятию резолюции о бойкоте Израиля состоится завтра, 25 апреля 2024 года.

Сквозь густой снегопад на севере европейской части СССР поезд «Орел – Котлас – Салехард» шел на северо-восток.

Из пяти «столыпинских» вагонов, до отказа забитых молодыми «осýжденными» уголовниками, эти «пассажиры» тоскливо смотрели сквозь зарешеченные окна на пустынный, промерзший и гиблый край своего будущего обитания: после Котласа за окном пошли плешивые карликовые леса и безлюдная, с ржаво-болотными пятнами, тундра. За Ухтой и вовсе край света – серые остовы сталинских бараков ГУЛАГа с прогнившими сторожевыми вышками, а за Интой, буквально в сотне метров от ж/д колеи – новые деревянные бараки, обнесенные заборами с колючей проволокой и вышками с вертухаями в овчинных полушубках.

На безымянном полустанке в тридцати километрах от Салехарда, на конечной станции Лабытнанги, поезд остановился, охрана высадила зэков из вагонов и построила в колонну:

– Пятерочками, суки, разберитесь, пятерочками! По пять в ряду!

Затем, после долгого пересчета, их сдали вооруженным лагерным вохровцам с овчарками. Наконец прозвучала команда «Колонна, шагом марш!», и сквозь снежную замять конвой повел зэков по тундре на север, в лагерь.

Шел в колонне и Борис Левин. Как и все, он был в арестантском ватнике, дешевой шапке-ушанке и кирзовых ботинках. Мокрый снег лепился на глаза, залетал в открытый, без верхних пуговиц, ворот стеганого ватника.

В лагере, при обыске во время зачисления, лагерный «кум», то есть, простите, начальник лагерного режима майор Удоев, открыв папку «Левин Б.М. Дело № С-679/23» усмехнулся:

– Сионист по двести двадцать четвертой? Понял… – И тут же, дымя «Беломором», «нашел» у Бориса в кармане ватника пакет с гашишем. Демонстративно понюхал его и сказал: – Но вы же не курите, правда?

– Не курю.

– Ну, вот. А у нас тут зона для наркоманов. Значит, гашиш вы привезли для продажи зэкам. А за это пятнадцать лет или расстрел.

– По-вашему, в Украине я был в доле с начальником по распределению осужденных? – спросил Левин и на тупо-недоуменный взгляд «кума» пояснил: – Нам же не говорят о месте предстоящего заключения. Получается, эту наркоту дал мне сюда на продажу украинский нач. по распределению, так?

– Больно ты умный, бля! – возмутился «кум». – А с умными мы, знаешь, чо делаем? – И приказал охране: – В «шизо» его, на пятнадцать суток!

«Шизо» – лагерный штрафной изолятор – это крохотный бетонный пенал с девятью «штрафниками». Нары-«шконки» на левой и правой стенах, окошко заколочено листом железа, под ним параша, которую выносят раз в день. Не только спать, но и присесть негде: нары постоянно заняты ворами, блатными и дебилами, а на пол, бетонный и мокрый от мочи и плевков, не сядешь и не ляжешь. Мат, харкота, махорочный дым, полуголые тела в густой татуировке. Воры в «законе» богуют над приблатненными, блатные издеваются над эспэпэшниками[10], эспэпэшники куражатся над дебилами.

Человечеству потребовались тысячи лет, чтобы достичь цивилизации, но в лагере людям нужно лишь пару минут, чтобы стать зверями и дикарями.

На второй день пребывания в «шизо» Борис сломался и, сидя на краешке железных нар, обломком алюминиевой ложки, вынесенным из столовой, вспорол себе вены. Кровь на левой руке неслышно потекла на пол, Борис сидел молча и не двигаясь, а когда голова закружилась, стал валиться ничком. Но зэки его спасли – застучали в «кормушку»:

– Псих вены открыл!