Особое Совещание представляет собой заочный административный суд органов госбезопасности. Кстати, задолго до большевиков особое совещание было утверждено императором Александром III (1845-94 гг.) — выразителем интересов наиболее реакционных кругов российского дворянства. Так что «верёвочка» вьется вот откуда… В данном же случае ОСО, которое переняло судебные функции Коллегии ОГПУ, продолжавшей дело судебных заседаний Коллегии ВЧК, теперь, в связи с включением ОГПУ в НКВД СССР, занимается привычной палаческой «работой». Как уже отмечалось, председателем ОСО по должности был нарком (министр) внутренних дел (госбезопасности), — членами — его же сотрудники, да еще в заседаниях принимали участие прокурор СССР и представитель ЦК партии. Соответственно — сверху донизу — от центра до района. Впрочем, официально было вправе «применять к лицам, признаваемым общественно опасными, ссылку… высылку… заключение в испр. — труд. лагеря на срок до 5 лет». Расстрел не упоминался. Но секретной инструкцией от 1937 г. пятилетний предел был повышен до восьми, вскоре до десяти лет. В середине 40-х годов ОСО приговаривает уже к 20, а вскоре и к 25 годам лагерей или тюрьмы.
Следственные органы госбезопасности направляли в ОСО те дела, по которым советский суд «самый справедливый в мире» по формальным соображениям не мог вынести обвинительных приговоров. Здесь же, как правило, предложенная следователем мера наказания утверждалась мгновенно, ибо на одном заседании враз решались сотни, а то и тысячи дел. Решения ОСО, как внесудебные, не подлежали пересмотру судебными или прокурорскими инстанциями, а лишь самим ОСО, хотя не известно ни одного случая отмены им своего же решения. Правда, будто в насмешку, в отдельных исключительных случаях вследствие ходатайства начальника ГУЛАГа особо заслуженным производственникам срок сокращался например с 20 лет до 19 лет и 4 месяцев.
ОСО было упразднено вскоре после смерти Сталина 7 апреля 1953 г., о чем лишь в № 4 за 1957 г. сообщил журнал «Партийная жизнь» (стр. 68), однако никакой правовой акт по сему поводу так и не был опубликован. Впрочем, ОСО отродясь было анахронизмом, поскольку в СССР не существовало судей, для которых партийная указка была бы ниже буквы закона. С горечью констатировала это многомиллионная зэковская масса: «На нет и суда нет, а есть особое совещание». Или: «ОСО — две ручки и колесо» (прибаутка). Намек на то, что у ОСО столько же общего с законностью, сколько у тачки с механизацией (см. также Тройка).
Сам же НКВД, образованный еще 26 октября (8 ноября 1917 г. (спешили большевички, очень спешили)), ликвидированный в 1930 г., вскоре возродился в старом недобром качестве. Недаром многие шепотом расшифровывали аббревиатуру как: «Неизвестно Когда Вернусь Домой». В 1946 г. переименован в Министерство Внутренних Дел СССР. Структура же и выполняемые задачи оставались прежними — карать и не пущать, казнить и не миловать. Сохранилась и «пирамида» — центр — республика — область — город — район. Всё копировалось до мелочей и процентовки «размаха». В штате МВД, в частности, пребывало и Главное Управление исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений — печально известный ГУЛАГ (см. ГУЛАГ).
3 февраля 1941 г. из состава НКВД СССР был выведен самостоятельный Народный Комиссариат Государственной Безопасности (НКГБ) СССР. То же — в иллюзорных союзных республиках. Но не с подчинением местным совнаркомам (читай партийной олигархии на местах), а вроде как бы и ей, а на самом деле — непосредственно центру. Просуществовал НКГБ недолго — по Указу от 20 июля того же года оба ведомства вновь сливаются в одно, чтобы в апреле 1943-го опять «разойтись». С 15 марта 1946 г. народные комиссариаты в СССР переименовываются в министерства. И НКГБ автоматически преобразуется в Министерство Государственной Безопасности СССР (МГБ). Башковитые зэки тут же «вручают» ему ярлык, называя его Министерство Гос-Бандитизма, откуда впоследствии возникнет Кодла Государственных Бандитов (КГБ). Популярна была и вторая аббревиатура — Министерство Где Бьют. Просуществовало, как было отмечено выше, до марта 1954 г., превратившись в КГБ.
Служащие здесь и его правопреемники с 1945 г. пользуются армейскими званиями и знаками различия. Однако следует помнить, что до того, начиная с 1935 г., существовала иная градация, приводимая ниже с соответствующими аналогиями:
