С самого начала можно было бы ожидать, что самообладание на лицах женщин выражено не так определенно и жестко, как на лицах мужчин. Большинство женщин говорят не так определенно и акцентировано, как мужчины, и поэтому моделирующее воздействие языка на них влияет гораздо менее значительно. Но встречаются все-таки и женщины, которые обнаруживают черты самообладания.
Хорошим примером способности к самообладания у женщины при одновременной любезности является Анна фон Клеве, одна из шести жен Генриха VIII (рис. 269). Вид самообладания похож на таковой у изображенного на рис. 259 мужчины. Однако губы очерчены не так четко, поскольку женщины, как правило, говорят не так определенно, как мужчины, но тихо и медленно. Анна фон Клеве была умной женщиной. Об этом говорит дипломатическая ловкость, с которой она входила в роль супруги после отставки предыдущей королевы и как умело сохраняла свое положение при английском дворе. Согласно картине и имеющимся историческим сведениям, она вряд ли была несимпатичной женщиной. Было бы совершенно неверным интерпретировать опущенное верхнее веко ее глаз как указание на чувственность или сексапильность. Во время бракоразводного процесса были преданы гласности все ее интимные тайны, и они свидетельствуют об обратном. Брак был расторгнут потому, что Анна не соглашалась в полной мере удовлетворять чувственность короля. Опущение верхнего века объясняется слабым напряжением мышцы, поднимающей верхнее веко, что, в свою очередь, обусловлено преждевременным исчезновением жирового слоя на тарзальных глазах.
Чем менее выражен темперамент женщины, тем легче ей дается стремление к самообладанию. Такой женщиной была и Монтефельтро, герцогиня Урбинская (рис. 270, Флоренция). Губы сжаты неплотно, как у Анны фон Клеве, но полная верхняя губа расслабленно покоится на узкой нижней губе. Хорошая сохранность детской формы губ говорит о том, что мышцы рта в течение ее жизни были не слишком активны, и поэтому можно предположить, что дама обладала привычкой к мягкой и дружелюбной речи, как у Корделии: «Ее голос был всегда мягким и нежным; ценная вещь для всякой женщины». Однако у нее были и тяжелые времена в жизни, на что указывает сформированная мышцами носа и верхней губы короткая носогубная складка. О глазах можно сказать то же самое, что и о глазах Анны фон Клеве.
Урбинский двор представлял собой высшее утонченное общество, и, согласно И. Буркхардту, княгиня была высокообразованной женщиной. Однако следует заметить, что, согласно сообщению, полученному мной от проф. Брунса из Рима, нет полной уверенности в том, что изображенная на находящейся в Уффици картине женщина действительно герцогиня Урбинская.
Способность к самообладанию, подобное тому, которое мы находим у предполагаемой герцогини Урбинской и Анны фон Клеве, решающим образом способствует сохранению вплоть до пожилого возраста детского очарования губ. Я часто встречал женщин, которые и в возрасте 50 лет обладали четко очерченным «ртом Флоры». Но для того, чтобы сохранить детскую красоту формы рта, самообладание должно быть связано еще с действительной внутренней любезностью. В то же время избыточное самообладание легко формирует ожесточенный рот. Границу в этом отношении демонстрирует как раз форма рта Анны фон Клеве.
Трогательный пример самообладания представляет собой лицо фрау Гольбейн (рис. 271). Супруга Гольбейна была простой горожанкой, которая в полной мере была знакома с жизненными заботами. На базельской картине она скромно смотрит вниз. Гольбейн на многих картинах сумел захватывающе передать красоту глаз мужчин и женщин. Почему же он не сделал это в отношении собственной жены? Я предполагаю, что этот усталый взгляд, направленный на детей и дом, был настолько характерен для женщины, что Гольбейн правдиво передал его, без оглядки на общую красоту картины. Глаза выглядят так, как будто их обладательнице приходилось много плакать.
Финансовые отношения Гольбейна были в эти годы не слишком благоприятны. В 1526 году он отправился в Англию, поскольку в Базеле у него было мало заказов. Благодаря заказам в Англии он несколько улучшил свое положение, но, когда он в 1528 вернулся в Базель, его дела пошли еще хуже. Адресованные ему обвинения в рамках иконоборчества подготавливались уже с 1528 года, но были предъявлены в 1529-ом. Сколько и какие именно картины стали причиной этого, мы не знаем, однако предписание совета, который под угрозой тяжелого наказания запрещал церковные изображения и изображения святых, показывает, что у Гольбейна были основания для серьезных опасений. Эти заботы отчетливо проявились на портрете его жены. К этому добавились ее печаль — она знала о супружеской неверности мужа, поэтому и в целом можно предположить, что фрау Гольбейн не могла в это время быть довольна своей жизнью.
Рис. 270. Э. ди Монтефельтро, герцогиня Урбинская (галерея Уффици, Флоренция).
Рис. 271. Мать с двумя детьми. Гольбейн (музей, Базель).
