ПОДРОБНОСТИСтарая АнглияВидишь улитка ползет на ли
стеСтены камня — в нику
даДаже эти
глинистые комьяНасекомоекакое-то с хвос
томТемные уютные
яслиЕслиползаешь на жи
вотеВ водетолпятся листья и цве
тыТысячи розовых крылы
шекШекспир все это чудно опи
салСальная свеча гусиное пе
роРовно чернила бегут по бума
геГений говорим — любил любую
вещьВошел и выпил в компании с коню
хомХомяк подслушал и мне расска
залЗа лето и я стал ближе к зем
леЛезут за шиворот — смахнешь и скри
пишь—Пишешь и вычеркиваешь
ложьЛошадь — гнедая дворянская
мордаДрамав углу — как вы
лезти?Листьяумял — хороший та
бакБаки трубочка — будет и сосед
каКажется актриса — из-под юбок кру
жеваЖивая веселая — в конюшню при
велВеликий страх напал на лоша
дейДейство: белые ноги возды
маетМаются стучат по нас
тилуТеломесят тяжелые ладониКонь беспокоится — яблоком г
лазЛасково бормочет — не е
муМука — оторваться от зе
млиМалина — расцепиться не мо
гиГибель тлей жучки и му
рашиШирма: нарисованная ца
пляПляшут здесь болотные о
гниГнилушки светятся… А там
вверхуВ верховьях мысли — светится Галак
тикаТикают мерцая звездные ча
сы—Сыр и кружку эля заказал Шекс
пирПирвремени — в подробностях Земли
[100]Для большинства стихов Сапгира типично, что подробности фиксируются как дискретные явления в картине мира, но здесь логика передачи впечатлений основана на континуальности их языкового обозначения. Такие повторы в некоторой степени изображают заикание и в то же время эхо, показывают, как одно слово переходит в другое, обозначая взаимопроникновения сущностей, заполняя пустоту в межстрочном пространстве отзвуками предыдущего высказывания
[101]. Структура текста похожа на спираль, на последовательность рисунков при создании мультфильмов.
Мотив отражения, соотносимый в стихах Сапгира с мотивами пустоты и дробления, представлен большим разнообразием словесных и графических форм.
Рассмотрим стихотворение «Хрустальная пробка» из книги «Проверка реальности» (1998–1999). Оно особенно выразительно показывает образы дробления, связывая их с авторским «я» и осуществляя эксперимент с заглавными буквами, поставленными, на первый взгляд, беспорядочно:
ХРУСТАЛЬНАЯ ПРОБКАВ каждой по Генриху Сколько их? СтолькоТронуть нельзя Рассматривать толькоКаждый Сидит На зеленой травеВ кедах И солнышко На головеВот повернулись Разом Все двадцатьВеером глаз Ничего не боятсяЭто я — Здесь Неуверенно робкийА Генрихи — Грани Хрустальной пробкиУ всех сорока Сложилось И вышлоО гольфе беседуют Просто не слышноЛюбой Отшлифован И завершенЛекарства глотающий Я Им смешонНа обе страницы Голая ЛаковаяПеремигнулись У всех ОдинаковаяВ «тойоте» На даче В лесу И в садуНо черви! И лярвы! И всё — на виду!Я стольким приятным Обязан графинуНо в шкаф Этот штоф Захочу и задвинуМы — сон А не клон И совсем не родняНо что они празднуют Вместо меня?
[102]Такая орфография создает проблему чтения, особенно вслух. Тема стихотворения — автопортрет в дробящем-умножающем зеркале граненой хрустальной пробки.
Конечно, здесь актуальна вся мистика и символика зеркала: представление о реальном и потустороннем, относительность правого и левого и т. д. (см., напр., Левин, 1988 и др. статьи в том же сборнике; Толстая, 1994; Цивьян, 2001).
