МЫ ГРИБОЕДЫ[467]Не всякий из насрешится съесть гриб-маховик:массивен, велики скорость имеет большую.Но опытный грибоедумеет и сам раскрутиться,догнать гриба и спокойносъесть маховик на ходу.Не всякий из насумеет скушать валуй:коленчат, тяжёли страшно стучит в работе.Но опытный грибоедсначала съедает подшипник,и вывалившийся грибстановится лёгкой добычей.Не всякий из наслюбит испытывать груздь:странное ощущение,и чешутся перепонки.Но опытный грибоедспециально ищет то место,где гроздья изысканныхгрустей радуют сердце гурмана.Не всякий из нас знает,как высасывать сок из маслёнок;как правильно из молоканоквыплёвывать молоко;что нужно перед едойвырубать коротковолнушки,иначе они в животеначинают громко скрипеть.Мы учим своих грибоедиковподкрадываться к лисичкам,выслеживать шампиньонови всяких хитрых строчков.Мы учим своих грибоедиковтак съесть белый гриб-буровик,чтоб зубы остались целыи чтоб он не успел забуриться.Мы любим собраться вместеи послушать рассказы мудрейшино кознях грибов сатанинских,о доблести и благочестии.Мы любим своих грибоедикови славных своих грибоедок.Мы любим чесать друг другуперепонки, наевшись грустей.Но каждый из нас знает,что не следует есть мухоморов,даже если ты очень голоден,даже если счистить все мухи.Потому что мы — грибоеды!И предки у нас — грибоеды!Поэтому нас, грибоедов,не заставишь есть мухомор![468]Грамматический сдвиг от неодушевленности к одушевленности при назывании грибов соответствует типичным явлениям разговорного языка.
В стихотворении омонимическая и паронимическая игра слов порождает причудливое варьирование форм винительного падежа, совпадающего то с родительным, то с именительным. Отчасти это варьирование связано с тем, что «грибы в народных представлениях занимают промежуточное положение между растениями и животными[469]; наделяются демоническими свойствами» (Белова, 1995: 548)[470], отчасти с особенностью поэтического мира Левина: для этого мира типичны единство и взаимные трансформации органических и неорганических сущностей, что отражено заглавием первого сборника поэта — «Биомеханика», в состав которого включено это стихотворение.
Так, сочетание догнать гриба создает противоречие не только между нормативной неодушевленностью и контекстуальной одушевленностью[471], но и между обычным представлением о статичности гриба и метафорой движения, основанной на омофонии моховик — маховик[472]. А динамика маховика (детали, приводящей машину в движение) тоже относительна: сам он не перемещается в пространстве горизонтально. Так что глагол догнать метафоричен и при объекте маховик[473].
