Гаранжин повесил трубку и, на ходу сдергивая с вешалки куртку, направился к двери. Ася рванула за ним.
- Владимир Петрович, подождите! А я? Я с вами! – цепляясь за его рукав, запричитала девушка.
- А тебе зачем? – обернулся на нее тренер, – Там взрослый разговор будет, тебе не надо. Жди, я тебе сразу позвоню и все расскажу.
- Но я знакома с Павловым! Я смогу помочь! – крикнула она ему вслед, но он только махнул ей рукой.
Ася осталась стоять в коридоре, наблюдая, как тренер быстрым шагом идет к выходу из Дворца спорта. Она нехотя поплелась в свой кабинет. Являясь в этой истории всего лишь благим вестником, она почему-то чувствовала себя глубоко причастной ко всему происходящему, и теперь недоумевала, почему тренер отодвинул ее в сторону на самом важном этапе. А если он скажет или сделает что-то не так? Если все испортит своим характером? Если им откажут…
Дойдя до кабинета, Ася в нерешительности остановилась у двери. Она не находила в себе сил сидеть там и ждать новостей. Тело и разум жаждали действий.
«Здесь одно только, одно: стоит только посметь!»
Ее охватило небывалое возбуждение и азарт. Девушка развернулась на каблуках и рванула к входу.
Не имея четкого плана действий или хотя бы пары речевых заготовок, Ася вошла в приемную товарища Павлова. Секретарь, говорившая в этот момент по телефону, сделал ей знак на ряд стульев у стены, и девушка послушно села. Из-за двери кабинета Сергея Павловича доносились громкие и вполне различимые голоса.
- Опять заграницу? Да вы хоть знаете, во сколько ваши эксперименты обходятся государству! – разорялся голос Терещенко.
- Геннадий Михайлович, присядь, – донесся вкрадчивый голос Павлова, – Владимир Петрович, вот вы хотите сыграть с американскими студентами. А вы можете объяснить, зачем вам это надо?
- Могу, – уверенно ответил Гаранжин, – Сборной нужен опыт игры с американской командой, с любой. У спортсменов должен уйти страх! Они должны убедиться, что с американцами тоже можно играть. Что они такие же, как все!
- Спортсменам или вам? – спросил Павлов с улыбкой в голосе.
- Мне тоже, – серьезно сказал тренер, – Я хочу использовать эту поездку, чтобы собрать больше сведений об американском стиле игры, их расстановке и тактике. И использовать это на Олимпиаде. Потому что учиться у них в Мюнхене будет уже поздно!
- Учиться у студентов! – с громким хлопком, явно всплеснув руками, воскликнул Терещенко, – Лучшие баскетболисты Советского Союза будут учиться играть в баскетбол у зеленых первокурсников.
- Правда, Владимир Петрович, – заметил Павлов, – Почему второй дивизион? Хоть бы с первым тогда!
- Договориться удалось только так, – сухо сказал Гаранжин, – К тому же уровень студенческого баскетбола в США очень высок.
- Ну, вы попробуйте, поговорите еще, – ласковым голосом произнес председатель Спорткомитета, будто не замечая его комментариев о профессионализме студентов, – А потом приходите, и обсудим.
- Так турнир через две недели! – вклинялся в разговор возбужденный голос Моисеева.
- А вы значит, быстрее думайте, – ответил Павлов.
Ася за дверью уже готова была съесть свой берет. У ее руководителей явно дела шли не лучшим образом. Она глубоко вздохнула и, еще не зная, что будет говорить, открыла дверь кабинета.
- Добрый день, товарищи, – мягко улыбаясь и обводя взглядом присутствующих, сказала девушка.
Мужчины замерли на мгновение, разглядывая невысокую девушку в голубом пальто, стоящую в дверях. Первым очнулся Павлов.
- Ася Андреевна, какими судьбами! – воскликнул он, вставая, и пройдя к ней через весь свой просторный кабинет, протянул руку, – Вы все расцветаете!
- Спасибо, Сергей Павлович, – улыбнулась ему Ася, – Я пришла узнать по поводу поездки сборной в Америку.
- А мы вот как раз обсуждаем с товарищами, – разворачиваясь к остальным участникам беседы, сказал председатель, – Вас интересует эта тема?
- Конечно, интересует, это же моя работа сейчас, – ответила Ася, глядя прямо ему в глаза.
- А я думал, вы уже охладели к нашим спортсменам, – слукавил Павлов, и добавил, подумав, – Все-таки через полгода свадьба. У вас, наверное, сейчас и мысли-то другим заняты.
- Одно другому не мешает, – с максимальной любезностью ответила девушка и подошла к столу, останавливаясь возле одного из стульев и демонстративно глядя на него.
Сидевший рядом Терещенко подскочил и подобострастно отодвинул ей стул, бросая на начальника непонимающие взгляды. Моисеев с Гаранжиным тоже смотрели на происходящее округлившимися глазами, застыв на своих местах и не решаясь вставить слово в эту светскую беседу. У одной Аси сердце бухало в груди так, что она боялась, как бы этого не услышали остальные.
- Кстати о свадьбе, – сказал девушка, присаживаясь, даже не взглянув на Терещенко, все еще стоявшего за ее спиной,- Надеюсь, вы будете?
- Да, приглашен, приглашен, – довольно замурлыкал Павлов, – Главное событие осени, как не быть.
