Ирина помогает мне надеть жёлтые балетки. А я уже заканчиваю причёску. Мои глаза подчёркивает чёрная тушь и кремово-коричневый карандаш для глаз. Я наношу тонкий слой красной помады и помогаю теперь сестре с её платьем крабового цвета. Оно очень красивое и больше подойдет для свадьбы, но и на Новый год тоже сгодится, особенно для прогулки на катере. Мне проболтался Даррен, что Эйден хочет прокатить Эмбер на своей яхте. Только моя сестра об этом ничего знать не должна.
Мы заканчиваем приготовления и выходим в трапезную зону гостиной. Мальчики уже всё накрыли, и мы видим, как они зажигают свечи.
— Даррен, смотри! — толкает друга Эйден, и я замечаю взгляд голубых глаз на себе. Парень открывает рот, а через минуту его пальцы начинают гореть в пламени свечи.
— Аккуратнее! — кричу я и отнимаю свечу от его пальцев. Он айкает и идёт отмывать ожоги.
— Боже, какая же ты красивая… У меня просто нет слов. Так бы и съел эту конфету, — говорит брюнет и вытирает пальцы. Я замечаю, что он в синей рубашке и в зелёном галстуке. Штаны у него тоже синие, а ремень — зелёный. Интересное сочетание.
— Эмбер, на тебя можно прямо сейчас возбудить уголовное дело. За превышение уровня сексуальности и сахара в крови вашего тайного воздыхателя! — говорит Эйден и кланяется перед старшей сестрой. Ховард смущается и, краснея, благодарит.
— Вот так надо делать комплименты, салага! — издевается короткостриженный приятель моего скромного работника медицинского центра.
Приходит время загадывать желания и сжигать бумажки с ними на специальном блюде. Моё сгорает ровно в 00:00, прямо секунда в секунду. Даже, наверное, раньше на секунду сгорело. Я загадала начать новую жизнь. Без слёз, разочарований, без всего плохого, хочу нормальной жизни и перестать уже быть такой, какая я была. Это всё входит в три слова, неписаные на бумаге.
Мы начинаем есть прошлогоднюю еду, и вдруг я понимаю, что забыла положить подарки под ёлку. Набрав в рот побольше еды, я иду в свою комнату.
— Ребята, я забыла положить подарки под ёлку, но всё равно. Эмбер, я помню, как ты хотела провести в СПА-салоне целые сутки. Теперь твоя мечта осуществляется! Тебе нужно только написать отгул за свой счёт, — я протягиваю упакованную карточку подарочного сертификата на четыре персоны. Она его разворачивает, и я решаю добавить: — Ах да, забыла. Я иду с тобой! И ещё два человека. Я беру с собой Лису, а ты можешь взять свою помощницу. Я знаю, что вы с ней очень хорошо общаетесь, заодно и я с ней подружусь.
Сестра обнимает меня, целует во все щёки и убегает под ёлку.
— А это тебе, Даррен, — таинственно говорю я, и когда он начинает смотреть подарок, я продолжаю: — Повышение до моего зама и прибавка к зарплате, и ещё золотой органайзер с перьевой ручкой, чтобы не забывал ничего. И ещё, Эмбер, тебе тоже повышение, но, прости, только зарплаты. Скажи спасибо Розе, она очень быстро ищет спонсоров, и многие из них дают деньги! — я решаю отпить сока, а то сильно пересыхает в горле. — И, наконец, тебе, Эйден, извини, но тебя я практически не знаю, поэтому только абонемент в бильярдную, там есть ещё боулинг и настольный футбол, он на два лица и действует целый год. Ходи не хочу. Всё оплачено, кроме бара и ресторана, — заканчиваю я и сажусь на стул.
Дарен обнимает меня и благодарит за подарки. Говорит, что будет благодарен вечно.
— На самом деле от операций тебя никто не освобождает, — говорю я, и мы отстраняемся. Он улыбается и смотрит на мою сестру.
— Стефани, я помню твои возгласы в сотовом магазине, о супердорогом телефоне, который тебе понравился. В твоём подарке тот самый телефон и несколько чехольчиков на него. Даррену я бы хотела подарить побольше настойчивости и терпения, но этого, увы, не купить, поэтому, зная про твой подарок от моей младшей сестрёнки, я тебе дарю незаполненную путёвку в три страны: Италию, Германию и Францию. Она на три персоны. Только попробуй взять кого-нибудь, кроме моей сестры и её ребёнка. Вы можете изменить количество лиц, но только на убывание, я же не знаю, когда вы полетите. Учти, парень, билеты в первый класс, полный пансион, как говорится, в фешенебельный отель. И если что-нибудь с ней случиться, я подам на тебя в суд. И заставлю Эйдена проиграть это дело, — угрожает девушка и отдаёт подарок, даже я испугалась… Своему красавцу она подарила золотые часы и запонки с держателем на костюм, так как тоже мало что знала о нём.
После Сестры подарки пошел дарить Даррен, и первый подарил мне. На большом прямоугольнике было написано мое имя. Сам мужчина сказал, что, открыв его, я всё пойму. Если честно, он меня немного напугал, но я всё же разорвала упаковку и с трудом сняла крышку. В большой коробке лежали самые редкие, самые красивые, самые одурманивающие ледяные розы. Я начинаю реветь, сидя на своём стуле во главе стола. Боже, я поверить не могу, что он это сделал! Это невозможно!
— Как ты достал «Dijon»? * — спрашиваю я сквозь слёзы.
У нас не выращивают его, только если в некоторых местах, но там обычные бутоны.
