Да уж, вынуждена признать, что это ещё и приятно. Странно, но это ощущение у меня впервые. Ни с кем из своих парней я не чувствовала такого. Внезапно я решаю, что хочу попробовать этого мужчину на вкус!
Отбираю у него душ и вешаю его на стену, убавляя напор. После чего обнимаю горячего парня, и мои руки вновь массируют его волосы, только теперь они мокрые. Переходя с губ на шею, я чувствую его запах и получаю колоссальное удовольствие. Парень начинает выть, когда я спускаюсь на колени и целую его пресс, спускаясь всё ниже.
Мои губы на его сладкой дорожке ведущей к органу, который уже давно стоит по стойке смирно. Я решаю взять его в руки и помассировать. Парень вжимается в поручень, с помощью которого я встаю из ванной. После продолжительных движений рукой я удовлетворяю свою потребность и пробую языком кончик его головки.
— Чёрт подери! Боже! — ругается щетинистый парень, я не растягиваю удовольствие и беру его в рот.
***
Через несколько продолжительных движений я ускоряюсь, а парень вовсю стонет и сильно сжимает поручень.
— Боже, Стефани, я не могу больше терпеть… Я сейчас… Боже-е-е! — снова кричит парень, расслабившись, а я вижу, как его предстательная железа начинает двигаться, ощущаю в своём рту его жидкость. Парень выливает её в меня, а я вынуждена сглотнуть. По вкусу напоминает мускатный орех. Хотя я могу заблуждаться, ведь у всех мужчин жидкость отличается по вкусу.
Я встаю на ноги и потоком воды прочищаю свой рот. Мой хирург-танцор встаёт сзади меня и внезапно я чувствую его фаллос внутри моего анала. Анкилос протягивает руки к моим половым губам и ласкает меня с двух сторон, а его губы поселились на моей шее. Меня снова накрывает этой волной наслаждения, а парень достигает своего пика в моей пятой точке.
Мы возвращаемся в постель совершенно чистыми и удовлетворёнными.
***
Утром я просыпаюсь одна в своей постели оттого, что меня начинают дубасить изнутри. Мой живот разрывается, но когда я принимаю витамины и решаю позавтракать, всё проходит. Вернувшись обратно, я переодеваю свою пижаму на легинсы и кофту. Заметив большое мокрое пятно на простыне, внезапно осознаю, что вчера произошло. В это время заходит моя сестра с широко раскрытыми глазами, полными радости и любви.
— О, я смотрю, у тебя новогодняя ночь тоже удалась! Рассказывай, — она садится на мой компьютерный стул, а я замечаю сложенный вдвое листок плотной бумаги.
Я беру предмет белого цвета и разворачиваю.
Сидя на своём одеяле, зачитываю его письмо, и на моих глазах появляются слёзы. Я падаю на кровать и начинаю просто реветь.
Сестра подходит ко мне и начинает расспрашивать. Я набираю воздуха и пытаюсь успокоиться.
— Я соврала Даррену о моём ребёнке. Он не знает, что я догадываюсь, предположительно, об отце ребёнка, а он думает, что я забеременела через ЭКО. Я не заслужила его любви-и-и! — реву я и даже не думаю останавливаться.
Сестра обнимает меня, и я чувствую её поддержку.
— Ай, опять! — возмущаюсь я и кладу руку на живот. — Он начал двигаться и наверняка расширяет себе пространство.
Эмбер перемещается на мой живот, чувствует пинки моего ребёночка. Она начинает плакать.
— Ничего себе, он у тебя так рано начал двигаться… Обычно это ближе к восемнадцатой или девятнадцатой неделе, но к пятнадцатой — это редкость, — заключает блонди, мы лежим и разговариваем о прошедшей ночи. Эмбер пересказывает путешествие на яхте, а я то, что чувствовала.
