– Какой кошмар! И что, закон никак не защищает несчастных женщин от этих аферистов?
Настя надорвала пакетик сахара и, высыпав в кофе, размешала ложечкой.
– В этот блудняк они по доброй воле вписываются, – пожал плечами Юрий. – А зэки что? Одинокие волки. Баба… я извиняюсь, женщина им не близкий человек, а источник ресурсов. Их дом – тюрьма. Там еда, крыша над головой, кореша. Для большинства это образ жизни, по несколько ходок имеют.
Настя не нашлась, что ответить. Заметив, что блондин как-то уж слишком пристально смотрит ей за спину, она звякнула ложкой, привлекая его внимание.
– Что там? – округлила глаза девушка.
– Кормят друг друга пирожным, целуются, – отчитался об увиденном блондин.
Вот же крысы, гневно подумала Настя и отпила кофе.
– Ладно, Максим Рудольфович, – тем временем продолжал Юрий, – пойду я, а то вставать рано. Если будут вопросы – звоните. У нас-то сегодня что произошло: поймали голубя, да не простого, а с мешочком «хмурого», привязанным к лапке. Похоже, дрессированный. Контрабандист. И вот завтра большой шмон намечается, будем выяснять, к кому этот наркокурьер пернатый летел. Ни дня без происшествий, – хохотнул он.
– Так вы в тюрьме работаете? – сообразила Настя.
– Ага, охранником, – подтвердил Юрий, пожимая блондину ладонь.
– Всего доброго, – попрощался блондин.
– Настасья, целую ручки, – проявил напоследок галантность Юрий и исчез.
Настя допила кофе и поставила чашку на блюдце дном вверх, затем перевернула и попробовала расшифровать узоры, что образовала гуща на стенках. Так, это кажется голова лошади. У этой Маратовой фифы определенно лошадиное лицо.
Блондин с интересом следил за ее действиями.
– Если вы не планируете предстать перед своим коварным изменщиком, советую уронить ложку под стол, – произнес он наконец. – Он сейчас пройдет мимо и может вас узнать.
– С чего вы взяли, что он мне изменяет? И что он меня вообще волнует? – вспыхнула Настя.
– Разве что, вы следили за его девушкой, – предположил блондин, приподнимая бровь.
– Вы тоже в тюрьме работаете? – поинтересовалась Настя у блондина. Его догадливость действовала ей на нервы.
– Нет, – отрицательно помотал тот головой. – Если останетесь, расскажу – где, – пообещал он.
– А вы хотите, чтобы я осталась?
– Скажем так, был бы весьма не против. Если в ваших планах нет дальнейшего преследования этой пары.
Настя задумалась.
– Идут, – предупредил блондин. – Прятаться будете? Под столом.
К черту Марата, решила Настя. Много чести – таскаться за ними. Но и показываться на глаза этим двоим она точно не собиралась. Как и сидеть под столом. Есть другая идея.
Девушка придвинула свой стул ближе к сидевшему рядом и ничего не подозревавшему блондину и, подавшись вперед, впилась в его губы поцелуем. От изумления тот ответил. Тени Марата с его девицей на мгновение упали на стол и вновь стало светло. Настя с достоинством закончила поцелуй и медленно отклонилась на спинку стула.
– Да вы гений конспирации, – выдохнул блондин. – Я так понял, ваш ответ на предложение остаться – «да»?
– Вы меня убедили.
– А вы меня удивили.
В сверкающих серых глазах блондина заплескался неподдельный интерес. И что-то еще. Одобрение?
– Раз уж все посторонние разошлись, может быть, снимете парик? – предложил он.
– Как вы догадались?!
– Догадываться – моя профессия. Но если по правде, у вас прядь из-под парика выбилась.
Настя аккуратно стянула с головы накладные волосы и запихнула их в сумку. Блондин, улыбаясь, откровенно любовался получившими свободу медными локонами девушки. Настя посмотрела ему в глаза. Зеленые искры встретились с серыми и во взгляде блондина Настя прочла обещание того, что этот вечер точно не будет скучным.
«Шушморское отделение Управления геодезии и навигации» гласила табличка на стене двухэтажного здания. Райенвальд дернул дверь и поспешно отпустил ручку – она держалась на одном шурупе и едва не осталась в ладони следователя. Хмыкнув, Райенвальд вошел в здание, где сонный вахтер двумя махами руки в сторону лестницы проложил следователю кратчайший путь до цели, подтвердив тем самым компетенции учреждения в навигации. Следователь поднялся на второй этаж, постучал в дверь отдела картографии и, не дожидаясь ответа, вошел в кабинет.
Вопреки ожиданиям архивариус оказался не сухонькой старушкой или бодрым хранителем пенсионного возраста, а корпулентным крупным мужчиной средних лет. Он сидел под вентилятором, бессмысленно гонявшим спертый воздух по помещению, и обильно потел.
– Крыша металлическая, нагревает чердак и все, что ниже, – объяснил он причину духоты.
– Вероятно, кондиционер решил бы эту проблему, – предположил Райенвальд, поддерживая разговор.
– Что вы, – махнул рукой архивариус, извлекая из-за стола тучное тело, плотно зажатое подлокотниками кресла, – историческое здание не предполагает вмешательств в коммуникации, да и стены нельзя дырявить, нашему зданию более ста лет.
