Идеальная иллюзия полностью

– Моя очередь, – шепчу я и переворачиваю нас, оказавшись на нем сверху.

Глаза Дэниела обжигают похотью, пока он наблюдает, как я сползаю вниз и обхватываю руками его твердость. С губ срываются неприличные ругательства, когда я смыкаю свои губы вокруг члена и его ширина растягивает мой рот.

Солоноватый привкус тает во рту, когда я провожу языком по кончику члена, кружа и дразня. Бедра Дэниела выгибаются, и я опускаю руку ему на живот, удерживая его на месте. Его руки путаются в моих волосах, и он рычит, надавливая на мою голову так, чтобы губы достигли основания. Я искусно работаю языком, двигая ртом вверх и вниз по всей длине, подводя Дэниела к краю.

–Черт, милая, – ругается он. – Ты убьешь меня своим ртом, знаешь?

Дэниел притягивает меня к себе, одной рукой обхватывая мою грудь, а другой поглаживая чувствительное местечко между моих ног. Я вытаскиваю презерватив из его сумки и натягиваю резинку на член.

– Ложись, – командует он.

– Нет. Ты ложись, – отзываюсь я и толкаю Дэниела на кровать, нависая над ним. Его голова падает на подушки, и выражение удивления, смешанного с любопытством, появляется на его лице.

Затем я ловко приподнимаюсь и направляю его в себя.

Он протяжно выдыхает, когда я опускаюсь на него сверху, чувствуя, как его длина упирается в меня. Огрубевшие руки обхватывают мою задницу, пока я скачу на нем, скользя вверх и опускаясь вниз в устойчивом ритме. В этот раз Дэниел гораздо нежнее врывается в меня, чем раньше, и меня это устраивает. Я хочу, чтобы он прочувствовал все то, что я чувствую к нему.

Я смотрю в голубые глаза Дэниела, в которых плещется целое море эмоций. Я вижу вину, боль и одиночество, причиной которых стал его отец, и я не буду убегать от них. Его агония перекликается с моей собственной, образуя столь редкую связь; мне так повезло найти мужчину, который дополняет меня во всех смыслах.

Я наклоняюсь вперед и, коснувшись его лица рукой, целую. Поцелуй легкий и мягкий, но наполненный глубоким чувством, и когда я отстраняюсь, его глаза светятся любовью и теплом.

– Ты заслуживаешь любви, Дэниел, – шепчу я. – Надеюсь, ты это знаешь.

От моих слов его глаза смягчаются, и он дарит мне улыбку, прежде чем ловит мои губы своими, разжигая огонь внутри меня. Я двигаюсь быстрее, он подается навстречу мне, подстраиваясь под мой ритм. Мы двигаемся в такт друг другу: как только я опускаюсь вниз, он толкается наверх, позволяя еще более сладостному давлению нарастать во мне.

– Милая, я собираюсь… – хрипит Дэниел, крепче сжимая мои бедра и побуждая меня двигаться быстрее, глубже, сильнее.

Я чувствую, как его крепкое тело бьется в конвульсиях подо мной, и через несколько секунд я присоединяюсь к нему, содрогаясь от охватившей мое тело дрожи. Громко выкрикиваю его имя, а он стонет мое, и мы цепляемся друг за друга в ожидании, пока наслаждение не стихнет, и я не падаю рядом с ним, совершенно обессиленная.

Он целует меня в изгиб плеча и гладит по волосам.

– Я люблю тебя, Алекс, – шепчет он, его дыхание горячее и неровное. – Я никогда не знал, что значит произносить эти слова, но говорить их тебе ощущается таким правильным. Потому что я полюбил тебя так, как никогда бы не полюбил кого-либо другого. Даже самого себя.

– Это тоже из Шекспира? – бормочу я, касаясь его лица.

– Нет. – Он качает головой. – Это от меня.

Я поворачиваюсь к нему и, расплываясь в глупой усмешке, наклоняюсь вперед, чтобы коснуться его губ своими. Чтобы подарить нежный, любящий поцелуй, призванный убедить его в том, что меня больше не нужно ни в чем убеждать. Я отстраняюсь от него на краткий миг, чтобы высказать в ответ те чувства, в которых не могла признаться даже себе, но теперь в конце концов ощущаю себя достаточно храброй, чтобы произнести их вслух:

– Я тоже тебя люблю, Дэниел.

Я просыпаюсь где-то перед рассветом от внезапного прилива вдохновения.

Осторожно, чтобы не разбудить Дэниела, я вытаскиваю из сумки ноутбук и принимаюсь печатать в текстовом документе. Единственный звук в спальне – это стук моих пальцев по клавиатуре, пока я отчаянно пытаюсь извлечь все слова из головы, пока ничего не забылось или вдохновение не покинуло меня.

Я пишу о двух несчастных влюбленных из разных галактик, каждый из которых переживает зеркальный опыт другого. Пишу об испытаниях и невзгодах, что им пришлось пережить, – как мне и Дэниелу, – которые сформировали, обожгли и сломили их, об разгромных политических последствиях, которые будут угрожать Космосу, каким они его знают, если они не покорятся тому, чего все от них ждут.

Я пока не продумала сюжет досконально, но у меня зародилась смутная идея, которой буду придерживаться.

Мои пальцы не перестают щелкать по клавишам, пока я не заканчиваю первую главу и не жму «Сохранить».

Затем я пишу электронное письмо:

«Привет, Нейт,