Идеальная иллюзия полностью

Что я скажу? Я изменила свое мнение. Мне очень жаль. Я хочу начать сначала. Позвольте мне вернуться домой, чтобы мы смогли попытаться наладить отношения.

Я не знаю, с чего начинать разговор, но, возможно, слова польются сами собой, как только папа ответит на звонок. Может быть, ничего из этого даже не имеет значения, может быть, мы оба будем говорить друг другу «прости», пока не выдохнемся или пока не согласимся поговорить с глазу на глаз. Меня пробирает нервная дрожь, и я вздыхаю, держа подрагивающий палец над экраном телефона.

Все, что мне нужно сделать, – это нажать «Вызов».

– Я устал. – Дэниел подходит ко мне и чмокает в щеку. – Я собираюсь немного расслабиться перед телевизором, а потом пойду спать.

– Хорошо, – рассеянно отзываюсь я, расхаживая по гостиной.

Я делаю глубокий вдох и набираю номер отца. Мое сердце неистово стучит в груди, пока я жду, когда он возьмет трубку, но непрерывные гудки на другом конце линии вызывают у меня раздражение.

«Спасибо, что позвонили, – оживленно отвечает отцовский автоответчик. – Я свяжусь с вами в ближайшее время».

Как странно. Он никогда раньше никого не переключал на голосовую почту. Он слишком любит свой телефон.

Я кладу трубку и снова набираю номер.

– Эм-м, Алекс? – Голос Дэниела эхом разносится по гостиной.

– Подожди. Мне нужно позвонить, – отвечаю я, крепче сжимая телефон и в нетерпении вслушиваясь в гудки. Слушать эти звуки так мучительно, не зная, почему папа до сих пор не ответил. В голове мелькают различные догадки: может, он не хочет со мной разговаривать, может, они решили, что разлука идет на пользу…

«Спасибо, что позвонили. Я свяжусь с вами в ближайшее время».

– Алекс.

–Что? – огрызаюсь я на Дэниела.

–Смотри.

Он указывает на экран телевизора, и его лицо бледнеет с каждой секундой. По местному новостному каналу идет прямая трансляция, на которой женщина-репортер стоит возле больницы. Выражение у нее на лице серьезное, когда она объявляет сочувствующим тоном:

– Сегодня утром из Бостонского медицинского центра поступили важные новости. Джонатан Вудс, генеральный директор компании «Вудс энд Ко», известной строительством самых известных автомагистралей и общественных зданий в Массачусетсе, только что скончался от остановки сердца.

Нет.

Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет.

Я открываю мессенджер на телефоне, ощущая, как внутри меня закипает ужас, когда приходит осознание того, что мать все это время пыталась связаться со мной.

«Алекс, где ты?»

«Пожалуйста, приезжай в Бостонский медицинский центр. У твоего отца только что случился сердечный приступ».

«Я пыталась дозвониться до тебя, но у меня не вышло. Перезвони мне как можно скорее».

«Он совсем плох, Алекс».

«Пожалуйста, перезвони мне».

Несчастный всхлип вырывается из меня, когда я звоню маме. Она отвечает после первого же гудка.

– О боже, Алекс. – Она безудержно рыдает, отчего мое сердце сжимается.

– Скажи мне, что это неправда. – Я сдерживаю слезы.

– Мне жаль, Алекс, – говорит она сквозь слезы. – Его больше нет.

Перед смертью у моего отца диагностировали ишемическую болезнь сердца.

Скорее всего, она развилась у него давно, но первые симптомы проявились меньше года назад, когда у него случился первый сердечный приступ в офисе его собственной компании «Вудс энд Ко». Этот инцидент сильно сказался на моей матери. Она хотела рассказать мне об этом, но я тогда только начинала свой первый год в колледже, и отец не хотел обременять меня плохими новостями, запретив ей даже упоминать при мне об этом. Он настоял на том, чтобы они продолжили жить своей жизнью, как будто приступа никогда не было.

Так что болезнь долгое время оставалось тайной.

Но, к несчастью для него, за последние несколько месяцев его здоровье ухудшилось. Значительная потеря веса, которую я списывала на стресс, обусловленный необходимостью иметь дело с Гарри Кэррингтоном и крупным проектом, уже свидетельствовала об ухудшении его здоровья, на что мне следовало бы обратить больше внимания. Но я этого не сделала.

Цена, которую пришлось заплатить, была действительно высокой, и я расплатилась своим упущенным временем.

Время. Я бы не понесла такие потери, если бы отбросила свои злость и разочарование на родителей и осталась бы рядом, чтобы позаботиться об отце. Я бы посоветовала ему отойти от дел и заняться своим здоровьем, прежде чем возвращаться к работе. Я бы переехала в наш семейный дом, чтобы проводить с ним больше времени, восстанавливая наши отношения. Я была бы честна с ним, сказала бы все то, что не успела сказать раньше.