Одно я могу сказать точно — я не буду целоваться с Алексом Фуэнтесом. К счастью, на уроках миссис Питерсон всю неделю мы проводили эксперименты и говорили только о том, кто будет зажигать горелку. Хотя каждый раз перебинтованная рука Алекса напоминала, как я его ударила. Я стараюсь не думать о нем, когда крашу губы блеском на свидание с Колином. Сегодня вечер пятницы, мы поужинаем и сходим в кино. Я несколько раз придирчиво осматриваю себя в зеркале, надеваю браслет от Тиффани, который Колин подарил мне на нашу последнюю годовщину, и иду на задний двор, где моя сестра занимается в бассейне с физиотерапевтом. Мама в розовой велюровой накидке растянулась на шезлонге с журналом по дизайну интерьеров. Слышится только голос физиотерапевта, который инструктирует Шелли.
Мама откладывает журнал, ее лицо становится суровым:
— Брит, после десяти тридцати ты должна быть дома.
— Но у нас сеанс только в восемь. Я буду дома позже.
— Ты слышала, что я сказала? Не позднее десяти тридцати. Если что, уйдешь из кино пораньше. Родители Колина вряд ли примут девушку, которая не соблюдает комендантский час.
Звонок в дверь.
— Скорее всего, это Колин, — говорю я.
— Тогда поторопись. Такой мальчик не будет ждать вечно.
Я бегу к входной двери, прежде чем моя мама сделает из нас обоих дураков. Колин стоит на крыльце с дюжиной красных роз в руке.
— Это тебе.
Его сюрприз удивил меня. Bay! Как я могла быть такой глупой и так много думать об Алексе на этой неделе? Я обнимаю Колина и целую его в губы.
— Я только поставлю их в воду.
Я отступаю в дом и радостно напеваю, когда иду на кухню и вдыхаю сладкий аромат. Пока наливаю воду в вазу, думаю, дарил ли Алекс когда-либо своей девушке цветы? Алекс скорее подарит острый нож; во всяком случае, на свидании с ним нож пригодится больше. Когда я с Колином, мне так… Скучно? Нет. Мы не скучные. С ним я в безопасности. Мне комфортно. Уютно. Я обрезаю стебли, ставлю розы в вазу и возвращаюсь в патио, где Колин болтает с моей мамой, — не скажу, что мне это нравится.
— Готов? — спрашиваю я.
Колин расплывается в белоснежной улыбке на миллион долларов:
— Да.
— Она должна вернуться в десять тридцать! — кричит нам вслед мама. Как будто комендантский час для девушки означает ее высокую нравственность.
Это смешно, но я смотрю на Шелли и замолкаю.
— Конечно, миссис Эллис, — отвечает Колин.
Уже в его «мерседесе» я спрашиваю:
— На какой фильм мы идем?
— Планы изменились. Фирма моего отца достала билеты на игру
— Здорово! Мы вернемся к десяти тридцати? — Я не сомневаюсь, что мама будет ждать меня на пороге.
— Если не будет дополнительных подач. Твоя мама считает, что после ты превратишься в тыкву?
Я беру его за руку:
— Нет. Просто… я не хочу расстраивать ее.
— Не обижайся, но твоя мама очень странная. Она сексуальная телка, но немного не в себе.
Я отпускаю его руку.
— Фу! Колин, ты только что назвал мою маму «телкой». Меня чуть не стошнило.
— Я тебя умоляю, Брит. — Он косится в мою сторону. — Твоя мама больше похожа на твою сестру-близняшку, чем на мать. Она соблазнительная.
Она много времени проводит в зале, поэтому, согласна, у нее тело не сорокапяти-, а скорее тридцатилетней женщины. Но то, что мой парень назвал мою маму сексуальной, — мерзость.
Колин ведет меня к корпоративной ложе отца на стадионе «Ригли Филд». Там куча людей из адвокатских контор. Родители Колина приветствуют нас. Его мама обнимает меня, бросает воздушный поцелуй и уходит болтать с остальными. Я наблюдаю, как Колин общается с гостями в ложе. Он чувствует себя здесь как дома; он в своей стихии. Он жмет всем руки, широко улыбается и смеется над любой шуткой, не важно, смешная она или нет.
— Давай посмотрим игру оттуда?
Мы набираем хот-догов и напитков из фуд-бара и идем к своим местам.
— Я надеюсь, что получу стажировку в «Харрис, Лундстрем и Уоллас» следующим летом, — говорит он спокойно, — так что я должен лично знать этих ребят.
Когда г-н Лундстрем появляется рядом с нами, Колин включает обаяние на полную. Я смотрю с восхищением: он разговаривает с мистером Лундстремом, как со старым другом. У моего парня талант очаровывать людей.
— Я слышал, ты хочешь пойти по стопам своего отца, — говорит мистер Лундстрем.
— Да, сэр, — отвечает Колин, и они начинают обсуждать футбол, акции — все, что интересует мистера Лундстрема.
Меган звонит мне на мобильный, и я пересказываю ей основные моменты игры, пока Колин занят разговором с мистером Лундстремом. Она рассказывает про танцевальный клуб «Мистик» — лучший, по ее мнению, куда пускают и тех, кому еще нет двадцати одного. Она уверена, что нам со Сьеррой там тоже понравится. На седьмой подаче стрейч мы с Колином встаем и поем
