— Да. В Колорадо. Чтобы быть рядом с сестрой, человеком, о котором она заботится больше, чем о самой себе.
Пако присвистывает.
— Я уверен, в Колорадо много парней. Реальных ковбоев в шляпах.
Мои мышцы напрягаются. Я не хочу думать об этом. Я игнорирую Пако, пока мы не возвращаемся к машине.
— Когда ты перестанешь совать свою задницу в мои дела? — спрашиваю я.
Пако посмеивается.
— Никогда.
— В таком случае ты не будешь возражать, если я влезу в твои. Что у тебя с Изой?
— Мы пошалили, и все.
— Это ты так считаешь, а как же она?
— Да ну, это ее проблемы.
Пако включает радио и прибавляет звук. Он ни с кем не встречается, потому что боится привязаться к кому-то. Даже Иза не в курсе того кошмара, который творится у него дома. Я понимаю, почему он держится на расстоянии от девушки, которая ему небезразлична. Правда в том, что, подлетев к огню слишком близко, ты можешь сгореть.
— Пако, что ты тут делаешь?
Последний, кого я ожидала увидеть у себя дома, — это лучший друг Алекса.
— Мне нужно поговорить с тобой.
— Хочешь зайти?
— Ты не против? — спрашивает он нервно.
— Конечно.
Ну, мои родители, может, и против, но я нет. Вряд ли они вдруг решат не отправлять никуда Шелли. Я устала притворяться, устала бояться гнева мамы. Этот парень — лучший друг Алекса, и он принимает меня. Я уверена, что ему было нелегко прийти сюда. Я широко открываю дверь и впускаю Пако. Если он спросит меня об Изабель, что мне сказать? Я поклялась хранить ее секрет.
— Кто там, Брит?
— Это Пако, — объясняю я маме. — Мой друг из школы.
— Ужин на столе, — намекает мама не слишком прозрачно. — Скажи своему другу, что невежливо приходить во время ужина.
Я обращаюсь к Пако:
— Хочешь поесть?
Я бунтую и чувствую себя прекрасно: катарсис. Я слышу шаги мамы на кухне.
— Э-э-э, нет, спасибо, — Пако еле сдерживает смех. — Я подумал, мы могли бы поговорить… ну, об Алексе.
Я не знаю, радоваться, что он не спрашивает об Изабель, или нервничать, потому что, раз Пако приехал сюда, дело серьезное. Я веду Пако через дом, мимо комнаты Шелли, где она смотрит журнал.
— Шелли, это Пако. Он друг Алекса. Пако, это моя сестра Шелли.
При упоминании Алекса Шелли счастливо визжит.
— Привет, Шелли, — говорит Пако.
Шелли широко улыбается.
— Шел-бел, мне нужно, чтобы ты сделала мне одолжение. — Шелли поднимает голову, когда я шепчу: — Задержи маму, а я поговорю с Пако.
Шелли улыбается, и я знаю, что она все сделает. Мама приходит в комнату, игнорирует меня и Пако и отвозит Шелли на кухню. Я с опаской поглядываю на Пако, пока веду его на улицу, чтобы нас не подслушали.
— Что случилось?
— Алексу нужна помощь. Он не слушает меня. Намечается большая поставка наркотиков, и Алекс будет
— Алекс не собирается связываться с наркотиками. Он поклялся мне.
Выражение лица Пако говорит мне об обратном.
— Я пытался остановить его, — говорит Пако. — Это дело… это крупные дилеры. Что-то здесь не так, Бриттани. Гектор заставляет Алекса заняться этим, и я не понимаю почему. Почему Алекс?
— Что я могу сделать?
— Скажи Алексу, что выход есть. И если кто-то может его найти, то это он.
Сказать ему? Алекс возмущается, когда ему говорят, что делать. Я не могу представить, что он согласился на сделку с наркотиками.
— Бриттани, ужин уже остыл! — кричит мама из кухни. — И папа только что вернулся домой. Давайте сядем ужинать всей семьей хотя бы раз.
Грохот посуды заставляет маму вернуться в дом. Блестящий ход, Шелли. Но не Шелли должна сказать родителям правду.
— Подожди здесь, — говорю я, — если не хочешь стать свидетелем семейной ссоры Эллисов.
Пако потирает руки:
— Это должно быть еще лучше, чем в моей семье.
Я захожу на кухню и целую отца в щеку.
— Кто это? — спрашивает папа с опаской.
— Пако, это мой папа. Папа, это мой друг Пако.
Пако говорит:
— Здравствуйте.
Мой отец кивает. Мама кривится.
— Нам с Пако нужно идти.
— Куда? — Папа совершенно запутался.
— К Алексу.
— Нет, ты не пойдешь, — говорит моя мама.
— Кто такой Алекс? — удивляется папа.
— Мексиканский мальчик, про которого я тебе говорила, — выходит из себя мама. — Разве ты не помнишь?
— Я ничего не помню в последние дни, Патриция.
Моя мама бросает тарелку с едой в раковину. Блюдо бьется, и еда разлетается по всей кухне.
— У тебя было все, что ты хотела, Бриттани, — говорит моя мать. — Новый автомобиль, дизайнерская одежда…
Мое терпение лопнуло.
— Это все напоказ, мама. Конечно, снаружи все считают вас успешными, но вы никудышные родители. Я бы поставила вам обоим «С» с минусом по воспитанию детей, и вам еще повезло, что я не миссис Питерсон. Почему вы боитесь показать остальным, что у вас есть проблемы? — Я не могу остановиться. — Слушайте, Алексу нужна моя помощь. Это одно из тех качеств, которые делают меня мной: я верна тем, кто в моем сердце. Простите, если это обижает вас или пугает, — говорю я.
Шелли устраивает переполох, и мы все идем к ней.
— Бриттани, — зовет компьютерный голос. Пальцы Шелли пытаются набрать слова: — Хорошая. Девушка.
Я сжимаю руку сестры и продолжаю разговор с родителями:
