Идеальная химия полностью

— Ты все всегда критикуешь. О боже, я готова сделать все, что угодно, чтобы ты перестала винить меня за любой пустяк. Люби меня такой, какая я есть. Люби Шелли такой, какая она есть. Перестать зацикливаться на плохом, потому что жизнь чертовски коротка.

— Я не должна переживать, что ты решила встречаться с членом банды? — спрашивает она.

— Нет. Да. Я не знаю. Если я не буду чувствовать, что ты меня осуждаешь, я расскажу о нем. Если бы вы могли встретиться… Он совершенно не такой, каким кажется со стороны. Если ради того, чтобы быть с ним, мне придется изворачиваться, я так и буду делать.

— Он член банды, — сухо обрывает меня мама.

— Его зовут Алекс.

Папа откидывается на спину.

— Его имя не меняет того факта, что он в банде, Бриттани.

— Нет, это не так. Это шаг в правильном направлении. Вы хотите, чтобы я была с вами честной или врала?

Нам понадобился час, чтобы мама согласилась попробовать не переживать по пустякам. Папа пообещал приходить два раза в неделю с работы раньше шести. Я согласилась пригласить Алекса в гости, чтобы родители могли встретиться с ним. И я буду сообщать им, куда и с кем я иду. Они пока не одобрили и не приняли моего парня, но это уже хоть что-то. Я хочу все исправить: лучше собрать все по кусочкам, чем оставить как есть.

Сделка должна произойти здесь, в лесном заповеднике Бусс-Вудс. Стоянка и территория вокруг темны, но в серебристом свете луны я могу сориентироваться. Вокруг нет никаких признаков жизни, кроме синего седана с включенными фарами. Я прохожу дальше в лес и вижу темную фигуру, лежащую на земле. Страх накрывает меня с головой, я подбегаю ближе. Я узнаю свою куртку и будто вижу собственную смерть. Я падаю на землю и медленно переворачиваю тело. Пако.

— Черт… — Я плачу и чувствую на руках его горячую кровь.

Глаза Пако закрыты, но он медленно поднимает руку и пытается схватить ею мою:

— Я облажался.

Я кладу голову Пако на колени.

— Я же просил тебя не вмешиваться в мою жизнь. Не умирай, не умирай, — выдыхаю я. — Черт подери, ты потерял много крови.

У него изо рта течет ручеек ярко-красной крови.

— Я боюсь, — шепчет он и морщится от боли.

— Не оставляй меня. Держись, и все будет хорошо. — Я крепко держу Пако и понимаю, что соврал ему.

Мой лучший друг умирает. Пути назад нет. Я чувствую его боль, как свою собственную.

— Посмотрите, кто здесь: настоящий Алекс и его закадычный друг. Отличный Хеллоуин, правда?

Я поворачиваюсь на голос Гектора.

— Очень плохо, что я не узнал Пако, когда стрелял в него, — продолжает он. — Черт, а при дневном свете вы такие разные. Думаю, мне надо проверить зрение.

Он наставляет на меня пистолет. Я не боюсь. Я злюсь. И мне нужны ответы.

— Зачем ты это сделал?

— Раз тебе нужно знать, это по вине твоего отца. Он захотел выйти из банды. Но выхода из нее нет, Алекс. Твой padre — это лучшее, что у нас было. Незадолго до смерти он попытался выйти из игры. Поэтому последняя сделка стала его вызовом, Алекс. И сделка перешла от отца к сыну. Вы оба выжили, он победил. — Его гогот отдается у меня в ушах. — У этого глупого ублюдка никогда не было шансов. Ты слишком похож на отца. Я думал, что обучу тебя и ты станешь отличным продавцом оружия и наркотиков вместо него. Но нет, ты оказался таким же, как твой отец… неудачником, ип rajado[138].

Я смотрю на Пако. Он едва дышит, воздух с трудом выходит из легких. Я вижу, как ширится красное пятно на его груди, и это напоминает мне Papá. На этот раз, правда, мне не шесть лет. Все предельно ясно. Я встречаюсь взглядом с Пако в последнюю секунду.

— Банда предала нас обоих, чувак. — Это последние слова Пако, после чего его глаза стекленеют и он обмякает у меня на руках.

— Отойди же от него! Он умер, Алекс. Как твой отец. Вставай и посмотри на меня! — Гектор кричит и размахивает пистолетом в воздухе, как лунатик.

Я аккуратно кладу бездыханное тело Пако на землю и поднимаюсь, готовый к бою.

— Сложи руки за головой так, чтобы я мог их видеть. Знаешь, когда я убил el viejo[139], ты плакал как escuincle[140], как ребенок, Алекс. Ты плакал у меня на руках — на руках убийцы. Сколько в этом иронии, да?

Мне было только шесть. Если бы я знал, что это Гектор, я не вступил бы в «Мексиканскую кровь».

— Почему ты это сделал, Гектор?

— Мальчик, тебе не понять. Видишь ли, tu Papá думал, что он во всем лучше меня. Я сделал его, правда? Он говорил, что южная часть Фейерфилда отрезана, потому что старшая школа находится в элитном северном районе. Говорил, что в городе нет никаких банд. Я изменил это, Алекс. Отправил своих парней, и теперь весь район принадлежат мне. Они должны были подчиниться или все потерять. Вот поэтому, мои мальчик, я jefe[141].

— Ты сумасшедший.

— Безумец. Гений. Одно и то же. — Гектор толкает меня пистолетом. — Теперь становись на колени. Я думаю, это отличное место для смерти. Прямо здесь, в лесу, как животное. Ты хочешь умереть как животное, Алекс?