— Не получается, — вздохнул Дронго. — Немного не получается. Во-первых, французу за пятьдесят. Он староват для «поводыря». Но предположим, что возраст в данном случае не самое главное. Допустим, с ним отправили двоих, которым приказали ему помогать. И уже в самолете они ссорятся, так? Но такого просто не может быть. Если один из напарников прирежет другого, то первое, что он должен сделать, прибыв в Амстердам, — это бежать отсюда подальше. И не от голландской полиции, а от собственных друзей, которые найдут и удавят его. Им поручили важное дело, а они решили сводить счеты друг с другом? Тогда убийцу просто найдут и пристрелят за то, что сорвал такое важное мероприятие. Но предположим, что ты прав. Тогда получается, что и француз в сговоре с убийцей.
Ведь они снимают два номера. Номера — рядом. И вот еще что… В самолете как ты помнишь, эти двое тоже сидели рядом двое, а не трое, а ведь по твоей логике получается, что вся троица должна была сидеть рядышком, раз отправили на задание троих. Не сходится, Захар. Извини меня, но никак не сходится.
— Наоборот, все сходится, — не уступал Захар. — Наверное, полковник Кочиевский не доверяет французу и поэтому поручил одному из своих людей сидеть рядом с ним в самолете, чтобы присматривать за «поводырем».
— Зачем? — улыбнулся Дронго. — Куда он мог сбежать из самолета, совершающего рейс между Москвой и Амстердамом без промежуточных посадок?
Неужели выпрыгнул бы? Зачем сажать возможного убийцу рядом с «поводырем»? Не логично, ты не находишь?
— Но этот тип скрыл две свои судимости, — выложил Лукин свой последний козырь. — Вы же слышали, что сказал комиссар полиции.
— Слышал. Поэтому и еду вместе с вами. Чтобы проверить все обстоятельства на месте. Я не уверен, что мы на верном пути. Но в любом случае надо проверить все варианты.
Лукин хотел еще что-то сказать, но передумал — уставился в окно.
— Красиво, — сказал он, немного помолчав.
— Да, красиво, — согласился Дронго. — Здесь вообще очень красивые места. Тебе еще не повезло. Сейчас холодно. А вот в мае здесь потрясающе красиво. Просто сказка.
— Вы много путешествовали? — спросил Захар.
— Много, — кивнул Дронго. — Я как-то раз не поленился и посчитал.
Только в США был раз десять, а если сложить все мои путешествия, то получается, это я уже несколько раз облетел земной шар.
— Интересно?..
— Конечно, интересно, — улыбнулся Дронго. — Я мог бы составлять популярные справочники с указанием ресторанов, где можно хорошо пообедать, и отелей, где можно прекрасно отдохнуть. Есть города, которые остаются в памяти на всю жизнь. Есть и такие, куда не очень-то хочется возвращаться. Бывает и так, что в первое посещение город кажется невероятно привлекательным, а уже во второй раз удивляешься: чем мог тебе понравиться?
— А какие города вам больше всего понравились?
— Их много. Любимые города — это Лондон, Нью-Йорк, Рим, Сан-Франциско, Будапешт, Багдад, Пекин — все не перечислишь. К Парижу у меня особое отношение.
Из наших городов мне всегда нравились Москва, Баку, Ленинград, Таллин, Рига.
— А страны? — не унимался Лукин. — В каких странах вы бы хотели жить. А где просто понравилось?
— Жить лучше всего на Лазурном берегу, во Франции, — рассмеялся Дронго.
— Конечно, если у тебя есть десять тысяч долларов ежемесячного дохода. Если учиться, то в Англии. Если говорить о чувстве свободы, то, конечно, в США.
Нигде человек не чувствует себя настолько свободным…
— А какая страна вам дороже всего?
— Бывший Советский Союз, — немного помолчав, ответил Дронго.
— Я серьезно спрашиваю, — обиделся Захар.
— А я серьезно отвечаю. Недавно прочел расхожую фразу: «Кто не сожалеет о Советском Союзе, у того нет сердца, кто желает его возрождения — у того нет головы». С головой у меня все в порядке, но и сердце на месте.
Лукин замолчал, не решаясь продолжать расспросы. Автомобили уже катили по центру города. «Барбизон-Палас» считался одним из лучших отелей Амстердама.
Здесь находился знаменитый оздоровительный комплекс, включавший турецкие бани, сауны, солярий. В отеле обычно останавливались очень состоятельные люди, так как номера стоили до полутысячи голландских гульденов.
Наконец подъехали к отелю. Выбравшись из первой машины, комиссар Дирк Вестерген кивнул своим людям, призывая следовать за ним. Полицейские вошли в отель. Помощник комиссара тотчас же подскочил к портье, показывая свое удостоверение. Портье побледнел и энергично закивал. В европейском отеле такой категории служащие не задавали лишних вопросов. Помогать сотрудникам полиции — служебный долг каждого служащего.
Вслед за голландцами вошли руководитель российской следственной группы майор Шевцов, один из его сотрудников и Захар Лукин.
— У вас остановились двое, они прибыли рейсом из Москвы. — Помощник комиссара строго взглянул на портье и протянул карточку с фамилиями.
Портье посмотрел на карточку, кивнул и повернулся к компьютеру. Затем взял ручку, бланки, написал номера комнат, где поселились гости из Москвы.
Передал бланк комиссару.
— Там один выход? — спросил тот.
