Дронго приехал в лабораторию десятого апреля вечером, уже два дня жил здесь; он ежедневно с самого утра усаживался перед компьютерами. Захар Лукин, приехавший утром одиннадцатого, терпеливо просиживал с Дронго до поздней ночи, хотя и был «жаворонком», любил рано вставать и рано ложиться. В два ночи Дронго разрешал ему уйти, сам же сидел до пяти утра, а на следующий день, уже с десяти, снова занимал свое место перед компьютерами, вызывая изумление дежурных техников.
Вечером, к восьми часам, Дронго отправился в столовую, где ужинал Рогов. Офицер-контрразведчик посмотрел на него и спросил:
— У вас пока ничего?
— Совсем немного, — признался Дронго. — Приходится проверять множество сообщений. Меня особо интересуют все газетные публикации, связанные с арестом Ахметова, задержанием в Берлине Евгения Чиряева и махинациями компании «ЛИК».
Некоторые журналисты подкидывают интересные идеи.
— Думаете, поможет? — усмехнулся Рогов. — Странный у вас метод работы…
— Почему странный? — улыбнулся Дронго. — Ну, договаривайте, договаривайте. Я не обидчивый, мне даже интересно… Спасибо, — поблагодарил он девушку в форме прапорщика — девушка поставила перед ним тарелку гречневой каши с мясом.
— Я очень много слышал о ваших… нестандартных методах работы, — признался Рогов. — Но не думал, что они настолько оригинальны. Полагаете, что можно найти Труфилова по газетным статьям или по каким-то данным наших информационных центров? Вы уж извините, но мне это не совсем понятно.
— Понимаю, — снова улыбнулся Дронго. — Мои методы действительно иногда вызывают недоумение. Но мне нужно охватить всю проблему целиком, знать все возможные точки зрения. Я убежден: исчезновение Труфилова и вся история с арестом Ахметова — это скорее политика, а не уголовщина.
— Всеволод Борисович так не считает, — заметил Рогов.
— И правильно не считает. Он занимается конкретным делом, ему важно найти доказательства и передать дело Ахметова в суд.
— Я думал, что вы тоже занимаетесь конкретным делом — ищете исчезнувшего свидетеля.
— Искать можно по-разному. Можно начать проверку аэропорта, откуда он вылетел, выяснить, куда именно он направлялся. Но я убежден: так у нас ничего не получится. Если бы Труфилов был просто бывшим директором нефтяной компании, возможно, такие методы дали бы положительный результат. Но он — бывший офицер ГРУ, значит, прятаться умеет. Уходить от слежки его тоже учили. Конечно, для поисков Труфилова мне нужно узнать, каковы его связи в Европе, но мне никто не даст подобной информации. Кстати, боюсь, что и вам ее не дадут. А вот бывший полковник ГРУ Кочиевский имеет шансы получить подобную информацию. Значит, на этом направлении я заведомо проигрываю. Именно поэтому мне следует действовать иначе. Я убежден, что Труфилова будут искать не только те, кто желает его ликвидировать, но и те, кому он нужен для подтверждения компромата на влиятельных людей, поддерживающих Ахметова. Значит, во-первых, я должен знать, кто и почему поддерживает или не поддерживает всю эту компанию. Во-вторых, обязан разобраться: что может связывать столь разношерстную компанию — заместителя министра, бывшего полковника ГРУ и вора в законе. При этом у Чиряева весь последний год были достаточно серьезные разногласия с конкурентами.
— Да, к нам поступала такая информация, — кивнул Рогов.
— Вот видите… Дело в том, что Чиряев хотел подмять под себя все славянские группировки в Москве. После того как многие авторитеты были уничтожены или сбежали за границу, Чиряев оставался одним из самых известных в городе криминальных авторитетов. И в такой момент он ввязывается в борьбу за компанию «ЛИК». А через несколько дней, после того, как Чиряев оказал кому-то очень существенную помощь, в Москве арестовали двоих известных мафиози. Грузина и чеченца. Я не верю в подобные совпадения. Видите, какая польза от чтения старых газет? Нужно только уметь обращать внимание на некоторые факты.
— Хорошо, — согласился Рогов, — предположим, что вы правы. Предположим, что эта информация действительно заслуживает внимания. Я даже согласен, что вы точно просчитали их связи. Возможно, Чиряева попросили, и он помог кое-кому, помог, используя свои связи в криминальном мире. Но что нам все это дает? Что у нас имеется на Чиряева? Берлинский суд не примет наших аргументов. А наш суд оправдает Ахметова.
