— Холестерин! — заорала я ему прямо в ухо. Я вскочила и потянула его за руки. Его подбородок стукнулся о перила. Я тянула и тащила, полная решимости сдвинуть его с места. К тому времени, как я уложила его на берегу реки, моя одежда вымокла от пота. Надеясь на то, что никому не вздумается прогуляться у ручья при луне, я перевернула его на спину и обыскала карманы. Бумажник, монеты в двадцать пять центов, жвачка — все, кроме ключей. Я подумала о том, какой у меня выбор. Охрана университетского городка. Хенк и Джош. Джоэль. Мне не хотелось, чтобы у Люка были неприятности в колледже. Хенку и Джошу нельзя было доверять. Оставалась только Джоэль. Я добежала до ближайшего общежития и позвонила домой из телефона-автомата на первом этаже.
Через двадцать минут Джоэль была на месте и, склонив голову, смотрела на Люка. Он начал что-то бормотать, что было хорошим знаком; может, мы сможем добиться того, чтобы он встал.
— Да, ты умеешь выбирать парней, — покачала она головой.
— Но ты не можешь отрицать, что он красавец.
— Тебе бы надо было позвонить Хезер, — сказала мне Джоэль. — Пусть бы она забрала его себе сейчас.
Я закусила губу.
— Она тебе звонила, оставила два сообщения на автоответчике. Она действительно, действительно рада за тебя.
— Помоги мне отвезти его домой — это все, о чем я тебя прошу, — прошипела я.
— Ладно, Спящий Красавец. — Джоэль положила руку Люка себе на плечо, чтобы вместе со мной поднять его. — Беременная женщина готова оказать помощь.
Мы с трудом усадили его, постоянно крича и тормоша его. Он заморгал, как будто бы был заколдован и проспал сто лет. Мы обе подхватили его под руки и, пыхтя и прилагая невероятные усилия, похожие на те, которые прилагают тяжеловесы, поставили его на ноги. Затем все трое, шатаясь, побрели по тропинке. Все кончилось тем, что Джоэль подогнала машину поближе, поставив ее практически на университетский газон. Если бы нас — двух дочерей заведующей кафедры английского факультета — засекли, нам бы пришлось искать себе новое место жительства. Но охрана университетского городка не была в тот день начеку. Мы затолкали Люка на заднее сиденье и отъехали.
Я чувствовала непреодолимый соблазн оставить его у входа в его дом. Но к тому времени, как я втолкнула Люка на крыльцо, он смотрел на меня с обожанием и пытался извиниться. Дверь открыла его мать. Ее руки были того же размера, что и у Люка, а голос на октаву ниже, чем мой. В такие времена честность — лучшая политика. Я надеялась, что завтра, когда голова Люка прояснится, он еще будет смотреть на меня этими милыми зелеными благодарными глазами.
Когда мы с Джоэль вернулись домой, было уже около полуночи.
— Мы с папой уже стали волноваться, — сказала мама, отрываясь от стопки студенческих работ.
— Уже довольно поздно для понедельника.
— Я просто надеялась, что мой знакомый подвезет меня, — объяснила я, — но он не очень хорошо себя чувствовал, и вместо этого нам с Джоэль пришлось отвезти его домой.
Мама понимающе кивнула.
— Я знала, что могу рассчитывать на то, что вы обе позаботитесь друг о друге, — и она вернулась к работе.
Вот каково это быть детьми миротворцев-шестидесятников, которые занялись карьерой в области образования и поздно обзавелись детьми. Им повезло, что ни я, ни Джоэль не стали малолетними преступниками. Мы поднялись к себе, и Джоэль направилась прямо в ванную. Растянувшись на кровати, я пыталась загипнотизировать своим взглядом мигающий огонек автоответчика. Если бы я была умнее, то прослушала бы сообщения, пока Джоэль плескалась под душем. Но, по крайней мере, два из пяти посланий были от Хезер, а я просто не могла слышать, как она действительно, действительно рада за меня.
— Ты что, не собираешься прослушивать свои сообщения? — спросила Джоэль, вернувшись в комнату. Ее вымытые волосы были похожи на влажные перышки.
— Уже поздно, — ответила я, — слишком поздно, чтобы перезванивать. Зачем сейчас забивать себе этим голову?
— Это же прямо как мыльная опера. Я думала, тебе хочется вникнуть в сюжет.
Я пожала плечами, вытащила из волос резинку и начала расплетать косу.
— Хезер действительно, действительно…
— Я знаю, — оборвала я сестру.
— Но Тим удивлен, почему Хезер не звонит ему.
— Что ж, попробуй догадаться, Тим, — сказала я.
Рука Джоэль в нерешительности застыла над столиком с лосьонами и витаминами.
— В третьем сообщении Хезер…
— Я знаю!
— …в ярости от звонков Тима.
— Так ей и надо, — пробормотала я.
— Ну и конечно, она действительно сама знаешь что, — добавила моя сестра, останавливая свой выбор на большой бутылке абрикосового крема. — Стив между тем несколько смущен по поводу Хезер. Он говорит, что она сама не знает, чего хочет.
— Удачи тебе, Стив, — сказала я, отбрасывая последнюю прядь волос.
— Потом звонила 555-Д-Ж-И-Л-Л, — продолжала Джоэль.
Я закатила глаза.
— Кто этот Джек?
— Что-то вроде друга. Я с ним работаю.
— Его имя было и в другом сообщении. Эта девушка оставила адрес своей электронной почты.
Джоэль втирала крем в свои бледные веснушчатые ноги. Каждый вечер она проверяла их на наличие варикозных вен.
