Идеальная помощница Растифора полностью

– Что я здесь делаю? – поразилась вслух, оборачиваясь к нему. Он и правда замер всего в шаге от меня. Так близко… – У меня куча планов на будущее, знаешь? Карл пилит меня каждый вечер, ему скучно сидеть взаперти. Но я вместо того, чтобы узнавать свой новый мир, глотаю пыль в архиве и подшиваю тысячи папок здесь! Тебе ведь уже легче, так?

– Вот и нет, – принялся нагло врать Кайрид. – Голова болит весь день. И ноги отваливаются…

– Это хороший знак, – фыркнула я, – если что-то болит, значит, ты еще живой. А теперь скажи, ты поговорил с Пустишем насчет помощницы здесь?

– Да, – смиренно кивнул Кайрид.

– И?

– Он сказал, что идеальней тебя мне не найти. Велел держаться за свою Соломинку всеми конечностями.

С этими словами Растифор улыбнулся. Нагло так и так очаровательно, что я даже забыла, по поводу чего злилась. Благо Кайрид сам напомнил:

– Брось, разве нам плохо работается вместе? Тебе ведь надо привыкнуть к Энгорре, понять, как тут и что. А кто лучше меня все покажет?

Вот оно. Я прищурилась и решила высказать все:

– Ты серьезно? Кайрид, я, конечно, сама говорила, что готова стать твоей помощницей и не собираюсь навязывать отношения. Ты все запомнил и быстро предложил занять вакантное место здесь, при этом закрывая от меня все чувства и максимально избегая! И ты в своем праве. Но я устала. Эти десять дней…

– Ада, у тебя сейчас дым из ушей пойдет, – заявил Кайрид, бессовестно обрывая мою пламенную речь. – Предлагаю охладить твой пыл стаканом холодного сока. Пойдем домой. Как на это смотришь?

Я фыркнула, мотнула головой, а он, чуть помолчав, проговорил неожиданно серьезно:

– Тогда спроси у меня, Соломинка, как прошли эти десять дней.

– Знаю, что было тяжело, – ответила отворачиваясь. – Только не надо давить на жалость и искать причины того, почему у тебя не нашлось времени на разговор со мной.

Он взял меня за подбородок и мягко потянул, уговаривая смотреть на него. Наши взгляды снова встретились, и Кайрид заговорил:

– За эти дни я посетил больше тридцати заседаний Совета герсортов по делу Треча и его приспешников. Меня допросили больше десятка раз, в том числе менталисты. Раскрыв имена экспериментаторов и подняв все их разработки, специальный магический отряд провел ритуал по возвращению нечисти в ее мир. Я лично участвовал в отлове гадины среди тьмы Приграничья, – тихо перечислял Кайрид. – Кроме того, мы продолжаем поиски пропавших Майло Свита и Кипри – секретаря ректора. По косвенным уликам оба оказались замешаны в этом деле, Соломинка, но найти их и узнать все наверняка – проблема. По последним сведениям, они встречались с господином Тречем в небольшом городке Нормшир, к северу отсюда. После этого их никто не видел. Увы, но существует огромная вероятность, что их убрали как ненужных свидетелей. Однако поиски продолжаются… Что еще? Ах да! Я помог родиться и вырасти Аделине Коун. На бумагах, разумеется. Вчера получил официальные документы на твое новое имя. Теперь вы с Листаром официально в родстве…

– Ты не мог сделать все это за десять дней, – прошептала я.

– Ну, у меня была корыстная цель. Я знал, стоит перечислить все это тебе, и ты простишь мое временное равнодушие.

Я прикусила губу, в носу защипало.

– Но меня ни разу не вызвали ни на один допрос… Будто я и не участвовала во всем этом.

– По официальной версии ты и не участвовала, – кивнул Кайрид.

– Как это возможно?

– Ну, у меня есть связи в Совете герсортов, так что… – Кайрид подмигнул. – Ты ни при чем. Хотя знаешь, Аделине Коун тоже пришлось несладко. Она долго жила в тени, не зная, кто ее родители. И совсем недавно воссоединилась с братом. Я потом тебе расскажу, там очень душещипательная история.

– А Треч? – спросила я, взяв Кайрида за руку. – Ему вынесли посмертное обвинение или оправдали?

– Его и еще восемь человек, имеющих весьма солидное положение в обществе, признали виновными в преступлении против Энгорры, – ответил Растифор, нежно поглаживая костяшки моих пальцев. – Хонни теперь официально пострадавшее лицо, принесенное в жертву нашему миру. Его родне вручат медаль героя и деньги. Думаю, они обрадуются.

– Известию, что их сын и брат погиб, защищая Приграничье от тьмы? – Я покачала головой. – Им ведь скажут, что он умер, чему радоваться?

– Аделина, они опасались его при жизни, – напомнил Кайрид мягко, – зато теперь у них есть повод гордиться сыном и братом. Он герой. Ему бы это понравилось. Хонни любил семью, несмотря на их к нему отношение.

Мне стало печально. Хоть я и узнала от Мейбл сразу по возвращении домой, что Хонни в моем мире обретет счастье, было немного грустно за него здесь.

– И теперь, – продолжил Кайрид тем временем, – когда все участники дела допрошены, а я вышел из подозрения…

– Тебя причислили к подозреваемым?! – У меня пропал дар речи. – Но… как? Почему? Это…

– Нормально, – кивнул Кайрид, – я ведь убил Треча, Аделина, и многие знали о его нелюбви ко мне… Но теперь все закончилось. Меня признали невиновным, так что…

– Почему ты мне не рассказал?! – взвинтилась я.

– Не хотел волновать.