— Ты удерживала его душу два дня, Тая, это уже нереально много, не кори себя, — глухо, с сочувствием произнес Тегран.
— Два дня?! Это хорошо, его силы успели восстановиться.
Целитель опустил взгляд, не в силах видеть полное надежд девичье лицо:
— Тая, когда некромант отдает силы, он погибает. Так было всегда. Винлеро Данри даже не счел нужным позвать на помощь меня — знал, что я ничего не смогу сделать.
— Так было всегда, но не теперь, — улыбнулась Тая. — Черт, зря я Кайлу поверила, что у нас море времени, лучше бы не про таблицу, а про Тамару Светлую ему рассказала! Ладно, это еще успеется. Теперь всё успеется!
Распахнув глаза, Кайл увидел сгорбленного, седого старика — у Винлеро Данри полностью побелели волосы, зрительно прибавив ему уйму лет, а уверенный размах широких плеч сменился усталой, скорбной сутулостью — некромант не верил, что сыну удастся выкарабкаться с того света. Потянувшись к отцу, Кайл понял, что крепко привязан к постели, и изумленно чертыхнулся.
Винлеро вскинул голову, недоверчиво всмотрелся в обведенные черными кругами, но ясные глаза сына. Подскочили Братвил, Глин и Царт, несшие вахту скорби у ложа погибающего некроманта.
— Мы точно его удержим, если он вздумает придушить себя? Кайл всё еще маг, он может запросто остановить работу собственного сердца и легкого, — озабоченно сказал Царт.
— Это верно, еще ни одного мага не удалось удержать от самоубийства, — хмуро подтвердил Глин.
— Какая проницательность! Вот и незачем было меня привязывать, все одно не помогло бы, — полной грудью вдохнул Кайл свежий воздух и спалил удерживающие его веревки. — Папа, я в уме и в норме, по крайней мере — способен контролировать магию смерти внутри себя.
— Но… но как?!! — подскочил Винлеро, судорожно ощупывая и исследуя сына.
— У меня сильный якорь, — усмехнулся Кайл, — не согласный отпустить меня за последнюю черту.
Пока Тая лежала без сознания, родные и близкие тщательно сохраняли ее инкогнито: Таю порталом переместили в спальню и всем было объявлено, что Тамара Светлая серьезно заболела и находится в своих гостевых покоях во дворце под присмотром целителей, а роль принцессы Таяры в эти дни, как в прежние времена, исполняла Миллиса.
Милли в сопровождении подруг Ларины и Селии выезжала в открытом экипаже в город, присутствовала на приеме иностранной делегации, чтобы никто не заострил внимание на одновременном исчезновении из вида сразу двух известнейших девушек королевства. Милли даже принесла Тамаре Светлой официальные соболезнования в связи с тяжелой болезнью — в столичной газете написали прочувствованную речь о том, как ее высочество желает главному хирургу столицы поскорее поправиться и впредь беречь не только здоровье пациентов, но и свое собственное. На вопрос корреспондента о происшествии с Кайллеро Бенжамином Данри «принцесса Таяра» ответила, что старается наилучшим образом выполнять свои обязанности якоря для некроманта и горячо надеется, что ее жених выживет.
Корреспонденту и всем магам мира пришлось удовлетвориться такой версией событий и списать последующее фантастическое выживание Кайла Данри на правдивость легенд, утверждавших, что при обретении «идеальной невесты», «половинки своей души» некромант становится практически неуязвимым и бессмертным. Принцесса Таяра Сиарет стала легендой и вошла в историю некромантии как сильнейший и уникальнейший якорь некроманта.
Все спасенные Кайлом дети выздоровели, в том числе и мальчики, которые, к глубочайшему разочарованию и сожалению всего мира, не сохранили некромантских сил. Сирот забрала на воспитание та самая бездетная сестра их матери, дом которой семья неосмотрительно покинула в начале весны. Главнокомандующие всех стран выделили отряды для патрулирования приграничных земель во избежание повторения трагедии, и результаты первого обхода ошеломили всех здравомыслящих людей: во всех странах были выявлены сотни граждан, вернувшихся на опасные территории.
— Меня теперь удивляет, что мы раньше ни на кого не наткнулись, — ворчал вечером Братвил, сидя в палатке Кайла и сообщая ему о докладе патрульных. — Эти люди всегда были придурковатыми или у них сезонное обострение? Наверное, последнее: говорят, дураки ничего не боятся, а эти гады еще как боятся и нежить привлекают очень сильно.
