Если во всей Цивилизации – значит и там, тогда: в Африке, в Пурмагезе, в роще над ручьем. И дальше: в Мешке, в кулаке де ля Рошу
Он спросил фоэбэ.
= Нелицензированное нано, = ответилу Патрик. = Существует множество моделей нановара, куда более вирулентных, чем инф. Императорский не самый оптимальный с этой точки зрения, поскольку не действует, по крайней мере, на нижайшем из возможных – атомарном – уровне.
Дернуло.
Поле зрения заполонила группа красных и голубых гранул, каждая как воздушный шар. Замойский перемещался между ними без усилия, проникая сквозь узкие щели – точка, нульмерное тело, волна инфоветра. Он проплыл под несколькими десятками линейно соединенных воздушных шаров и увидел облако яростного фиолета.
Снова рывок. Минус 10. Адам провалился между фиолетовыми пирамидами.
= А вот это – наноботы
= Тогда почему?..
= Закон. Для безопасности. Перечитай Базовый. Мы бы никогда не позволили подобного распространения инфа, если бы он не был контролируемым, скажем так, «у основ».
На уровень фиолетового нано они не сошли; вместо этого резко свернули вверх и пробили поверхность ближайшего воздушного шара. Промельк желтого – и уже иной мир.
И Замойскому пришлось напоминать себе, что это лишь модель, репрезентация.
Скелет нанобота – орта – был выстроен симметрично, на базе мультидодекаэдра. К каждому четвертому внешнему атому были прицеплены длинные цепочки экзекутивных частиц. Тут, внутри бота, визуализация утрачивала элегантность и гладкость: границы отдельных атомов оказывались размытыми, а сами атомы имели странную, трудную для описания форму, близкую, кажется, не к шарам, а к эллипсоидам, клепсидрам, а нередко почти параллелепипедам.
В сердце многократного додекаэдра находилось таинственное сплетение молекул, настолько тесное, что непросто было различить в нем отдельные электронные облака.
= Каждый императорский нанобот контролируется непосредственно с Плато. Манифестации инфа – это отражения программ NSCC. Меняется карта NSCC – меняются связи и структура 3D-инфа. Понимаешь ли теперь, что такое то черное нано?
= Хакнутый инф.
= Да.
Фоэбэ закрылу визуализацию и вернулу старые адресации манифестации.
Прим Замойского опустил руку с тросточкой. Заморгал от июльского солнца, взглянул на негритянку, огонь, струны. Снова поднял руку. Жилы под ударом резонировали. Первертированная имперская. Кто-то вошел на ее Поля.
Весь Фарстон был объят протоколом Первой Традиции. Содержится ли в нем трех-с-половиной-метровая женщина с огнем на черепе? Из машинной ошибки и машинной сверхкорректности рождаются наибольшие абсурды.
Адам снова запустил запись. Чернокожую мортоманифестацию потянуло назад, фоэбэ и стахс отступили. Шло все со скоростью один к одному, и конец (то есть начало) разыгрался молниеносно. В двух метрах перед Оком Ночи негритянка распалась. Сперва угасло пламя на ее черепе – словно закрутили ацетиленовую горелку. Потом – щелк-щелк-щелк; три моргания глазом – она сложилась в себя, как органическое оригами. Двукратно, четырехкратно, восьмикратно – назад, по черным линиям беззакония – 64-кратно, 128-кратно… засосало ее Око Ночи.
Теперь еще секунда, полторы – закрылось и оно, уходя от света к своим невидимым доменам.
– Миг для энтропии, – пробормотал Адам.
Поворот и —
Симуляция прыгнула вперед.
Снова (кажется, уже в четвертый раз) он увидел последовательность событий. В пропитанном солнечным светом воздухе взорвалась граната темноты, сквозь выбитую дыру проглянуло Око, черный клубень, карман ночи. Все быстрее пульсируя, выбросило из себя в сияние дня зародыш убийцы. Тот, едва выпав на свет, начал с ужасающей скоростью развертываться до полной манифестации.
Замойский запустил рестарт и просмотрел это снова, теперь без визуализации инфовых микроструктур.
Негритянка взорвалась
– Хватит, – прошептал он. – Я должен подумать, – а по воле рандомизатора издевательски при этом улыбнулся.
