Я остановилась рядом с мотоциклом и опустила глаза в ожидании Алекса, чтобы мы могли уехать. Вместо этого он повернулся лицом ко мне, взял меня за подбородок и приподнял мое лицо. Я моргнула, удивившись тому, что он заставил меня посмотреть ему в глаза, и в тот момент две крупные слезинки вырвались на свободу и потекли по моим щекам.
Лоб Алекса прорезали морщины, лицо его буквально перекосило от злости. Он осторожно провел одним пальцем по моей щеке, а затем другим вытер слёзы. Потрясенная этим внезапным порывом нежности, я застыла и стояла, как статуя, некоторое время, уставившись на него. Черты его лица были как всегда грубы, но серые глаза потеплели, и мне казалось, что я могла бы легко потеряться в них.
— Я... Я думаю, нам пора, — нервно прошептала я, на что он просто кивнул и включил зажигание.
Когда я вошла в квартиру, то направилась прямиком на кухню, достала самую большую кружку из шкафа и насыпала себе двойную порцию чёрного кофе без сахара. Опустившись в кресло прямо у окна, я наклонилась, чтобы мой лоб уперся в холодное стекло, и сделала несколько больших глотков горькой черной жидкости.
— Ты рано. Слава богу! — я услышала попрекающий голос Бет позади меня.
— Ну, с меня достаточно на сегодня, — пробормотала я про себя и посмотрела через плечо, — Что случилось? Где пожар?
— Я пыталась уйти от Паоло. Он названивал десятки раз за последние два часа, и он действительно начинает сводить меня с ума. Будь я проклята, если кто-то может болтать еще больше без передышки. Он все время говорил о наших планах на субботний вечер и ... — она замолчала, не закончив предложение.— Ты выглядишь бледной. Что-то случилось?
На мгновение я подумала о том, чтобы «закосить под дурочку» и сказать, что ничего плохого не случилось, но Бет знала меня слишком хорошо и сходу заметила бы вранье.
— Я столкнулась с Тайлером, — вздохнула я и закрыла глаза. — Он хотел, чтобы мы снова были вместе.
— Что?
— Точно.
— Я не могу в это поверить! Эгоистичный ублюдок! Как он мог? Ты же не сказала «да»?
— Конечно, нет. Но говорить с ним... доконало меня, — спокойно сказала я, сжав кружку в руке.
— Могу себе представить.
Покачав головой, Бет подошла поближе и обняла меня сзади в кресле, нежно поглаживая мои волосы. Чувствуя себя опустошенной и несчастной, только из-за своего упрямства я не позволила себе расплакаться.
— Не позволяй этому идиоту добраться до тебя.
— Это даже мне в голову не приходило. Я просто в ужасе от одной мысли, что могу быть с кем-то вроде него.
— Знаешь, как говорится, ты платишь за каждый полученный опыт. Воспринимай это как один из жизненных уроков.
— Один из уроков? — я неодобрительно приподняла одну бровь. — Нет, спасибо. Одного для меня вполне достаточно. Собственно, на всякий случай я планирую держаться подальше от таких ситуаций, которые могут превратиться в эти самые жизненные уроки, как ты их называешь.
— Как скажешь, дорогая. Просто... я должна предупредить тебя, что не всегда все получается так, как мы планируем.
— Ни хрена это не так, — прошипела я и сразу же пожалела об этом.
Она всего лишь пытается помочь, а я, как всегда, повела себя как избалованная сучка — именно так я и веду себя, когда мне больно. Николай, как правило, всегда попадал под горячую руку, когда я была зла, и не беспричинно. Бетани не заслуживает этого - совсем наоборот.
— Прости. Я не то имела в виду.
— Уверена, что так и есть. Но извинения не спасут тебя, и ты это очень хорошо знаешь. — Она положила одну руку мне на плечо и нежно сжала его, медленно указывая пальцем в сторону раковины, которая была полностью завалена грязной посудой.
— Ой, да ладно! Опять? — я окинула ее несчастным взглядом, надеясь, что она пожалеет меня.
— О да. И каждый раз, когда будешь выдавать что-нибудь в том же духе, будь готова расплачиваться. Таков уговор, помнишь?
— Ты злой человек, ты в курсе?
— Да, я такая.
Она встала прямо и положила руки на бедра, приняв позу армейского генерала и ожидая приказа о начале работы. Несмотря на то, что я жуть как ненавидела мыть посуду, я поднялась со стула, закатала рукава и приготовилась к битве с корочкой макарон на подгоревшей кастрюле и всем остальным, что найду в этой горе.
Да помогут мне небеса!
Со вздохом я подошла к раковине, начала оценивать объем работы и решать, что из этого вымыть сначала. Смотря на меня сзади, Бет хихикнула, с удовольствием играя роль обладательницы выигрышной карточки.
— Знаешь, теперь я думаю, что твой острый язычок имеет некие положительные стороны, — сказала она, рассматривая свои идеально налакированные ногти. — Я сэкономлю кучу денег на маникюр.
— Уверена? — я злорадно усмехнулась.
Поглядывая вокруг раковины, я вскоре нашла то, что искала, и моя ухмылка стала шире. Схватив бутылку с моющим средством двумя руками, я быстро повернулась и сжала её, взвизгнув, когда мыльная жидкость выстрелила прямо в направлении Бет. Или, точнее сказать, туда, где я думала, что она стояла.
— Упс! — единственное, что я смогла сказать, прежде чем согнуться и истерически засмеяться.
