Феникс колебался. Кусал губы, гневно сверлил майора взглядом, но без жара настоящей злости. Потом опустил голову и закрыл глаза, согласился без дальнейших споров, без возмущения. Просто кивнул и отцепился от скобы, толчком направив себя в люк второго отсека.
- Хорошо, что тут две гробины стоит, - сказал он мне спокойно. - Не зря я второй до сих пор не выкинул. Честно говоря, терпеть не могу в них валяться, но в сознании прыжок я сейчас явно перенесу еще хуже. Ладно, Джейк, опять что-то новенькое в твоей жизни! Ты же ни разу не был в анабиозе?
***
В черном колодце морозного сна пахло снегом и талой водой. Иней слоем лег на ресницы, стоило только открыть глаза, он с хрустом осыпался с них хрупкими иглами холода.
И ничего не видно вокруг. Не ледяная толща воды, но что-то похожее на нее. Такой же мрак и холод глубин.
Невыносимо темно, страшно.
Я больше не буду бояться, лишь бы увидеть свет ещё раз!
Но нет, я же знаю отлично – ничего не случится само. Снова мне придется стараться, чтоб получилось так, как хочу. Поймать то тепло внутри себя. Собрать всю силу воли в кулак. Пусть придется заставить себя не просто смотреть, а увидеть.
Голубой сверхгигант рядом спал, покрытый хрупкой корочкой льда. Океан огня под тончайшим, прозрачным холодным покровом.
Спокойный, невредимый, живой несомненно, но замерший и очень тихий.
И другой свет мерцал вдалеке пушистой белой яркой звездой. А возле нее ещё искра, на много порядков слабее.
Мир, полный звездами до краев, бесчисленно много душ и лиц. За миллионами остальных, таких же крохотных блеклых искр, светил ещё один яркий шар, словно маяк на пути домой, что ждал и звал в темноте корабль.
В черном колодце морозного сна плавали грезы тысячи звезд.
Алый, болезненно острый свет грустно мерцал на границе тьмы. Я потянулся туда, за ним, желая найти, понять, защитить.
Красный гигант, не тусклее чем наши. Сгусток огня светом в тысячу солнц.
Такой же, как мы, ещё один.
***
После анабиоза сознание тормозило, как древний компьютер. Мысли никак не возвращались к привычному изложению, то складываясь в ужасные стихи, то меняясь местами, то вовсе ссорясь со здравым смыслом и выкидывая из головы даже самые простые слова. Майор вывел корабль из гипера за полчаса до Орфея и сразу запустил нашу разморозку. До самого прибытия мы с Фениксом оба двигались как сонные мухи, натыкаясь на предметы и друг на друга. У меня то и дело пропадал фокус у взгляда, у Феникса носом шла кровь.
Прибыли мы совсем не туда, куда в прошлый раз. «Ригель» протиснулся в крохотный люк запасного ангара, спружинил о магнитное поле и мягко проскользил по полу в темноте. Майор выбрался на крыло первым и протянул руку Фениксу. Тот со смехом ответил, что в помощи не нуждается, и кое-как слез сам.
Майор связался с Сашей, тот кричал по громкой связи, что уже бежит к нам, надо было предупреждать заранее и вообще садиться поближе к Хорде, а не в самом дальнем из ангаров.
От его воплей у меня немного ныла голова. Или это последствия анабиоза не прошли до конца? После разморозки шея с правой стороны и лопатка онемели, вновь перестав толком слушаться. Почти непросохшие волосы противно липли к комбезу.
Кажется, Фениксу было не лучше. Жалкий, как мокрая курица, сонно клюющий носом, он зябко дергал плечами и куталася в полотенце. Синяк расплылся на половину лица, контрастный на мертвенной бледности кожи, влажные волосы уныло повисли до кончика носа. Куртку комбеза обратно он натянуть не смог, просто накинул расстегнутую на плечи поверх перевязи с левой рукой, оставив все свои страшные шрамы на виду.
Сломанная рука ничего в сравнении с вырезанным сердцем, так он сказал? Шрам, как от вскрытия, через все тело, пласт грубой кожи на груди. Не первый раз ему достается в этой жизни. Я мог только надеяться, что сегодняшняя травма не скажется на его плане.
И вовсе я не был виноват в его состоянии! Нет, ну, серьезно, говорить такие глупости и рассчитывать, что я не врежу ему по роже? Феникс полный дурак.
Или просто человек? Сейчас вместо гордой жар-птицы я видел воробья, искупавшегося в грязной луже, но ни идиотской жалости, ни злорадства не ощущал. Было только… спокойствие?
Адмирал, тот, кого я собираюсь победить, обставить, превзойти — не идеальное, непогрешимое божество. Несмотря на пышные речи и хитрые планы, несмотря на сметающий все на своем пути жар звезды, он тоже делает ошибки и нередко ведет себя как полный придурок.
Значит ли это, что мне будет проще? Раз заклятый конкурент оказался обычным мальчишкой, победить его можно не напрягаясь?
Нет. Сильный противник или слабый, друг он мне или враг, никакой разницы. Я стараюсь только ради себя, непрерывно подтверждаю, на что способен. Прийти к цели своими силами важнее, чем насмешливо оставить конкурентов позади.
Майор подошел неслышно, поправил полотенце на плечах Феникса. Тот криво улыбнулся в ответ.
- Сашку сюда выдернул, да? Поставили его на уши из-за пустяков. Со мной все в порядке!
Вздохнув, майор прокашлялся в кулак.
- Кгхм, ладно, допустим, вы правы, господин адмирал. Но осмотр не повредит, раз уж вы здесь.
