– Я понимаю, такие вещи случаются сплошь и рядом, но… Триш – очень ранимая девушка, а он повел себя с ней как козел, если говорить откровенно. Хотя в подобной ситуации ничего другого ожидать и не следовало, полагаю.
– Ваша подруга расстроилась? – поинтересовался Стерджесс, заметил напуганный взгляд Шивон и постарался развеять ее подозрения. – Не переживайте, я вовсе не намекаю, что она… В смысле, не ищу, кого можно обвинить в смерти мистера Батлера.
– Рада слышать. Триш точно не нужны лишние проблемы.
– Значит, Фил не казался вам приятным человеком?
– Нечестно судить его по всего одному поступку, – вздохнула Шивон. – Мы все совершаем глупости, когда выпьем. Как-то я случайно наткнулась на него по пути в книжный клуб, чем сильно смутила. Помню, еще подумала тогда, что никогда бы не приняла Фила за поклонника чтения. Так что… Просто хочу сказать, в каждом из нас имеется множество различных граней. Сложно определить, знаешь ли кого-то по-настоящему. В том смысле… Ну, я бы ни за что на свете не догадалась, что Фил мог быть… – она понизила голос до шепота. – Ну, склонным к суициду. В последнее время эта мысль не дает мне покоя. Клянусь, просто не получается уложить подобное в голове. Наверное, плохо так говорить, но если бы меня попросили выстроить весь отдел по уровню стремления к самоубийству, то Фил оказался бы последним. – Она опустила взгляд. – Извините, я знаю, насколько ужасно это звучит, но именно такие раздумья одолевают в четыре утра, когда лежишь без сна.
– Полностью вас понимаю. Можно уточнить, над чем работал мистер Батлер?
– Я вообще не должна с вами разговаривать. – Шивон нервно огляделась по сторонам. – Если в компании об этом узнают, то убьют меня.
– Не переживайте, – попробовал успокоить ее Стерджесс. – Мы просто случайно встретились в кафе и решили переброситься парой слов. И даже если об этом станет известно вашим работодателям, никто ничего не сможет возразить против беседы с офицером полиции, который имеет полное право расспросить начальницу о трагической смерти подчиненного. Поверьте, вы вне опасности.
Шивон, кажется, слегка расслабилась. Стерджесс пристально наблюдал за ее колебаниями. Но вот она наконец взвесила все за и против, после чего приняла решение и сообщила:
– Слушайте, Фил не делал ничего особенно интересного, просто работал над частью алгоритма, в который мы внедряли новые локации вроде ресторанов. Пользователи могут выставлять оценки заведениям, а их владельцы за небольшую плату нашей компании могут показать свой рейтинг всем. В общем, практически скрытая реклама. Большинство платформ так зарабатывают деньги. Хотя никто не любит афишировать подобное, ничего незаконного или плохого в этом нет.
– И все?
– Да, – кивнула Шивон.
– Больше Филип ни над чем не работал?
– В последнее время нет. Очевидно, не считая участия в выборках.
– В чем? – уточнил Стерджесс, для которого вышесказанное не было таким очевидным, как для собеседницы.
– Это фишка нашей компании: формируются группы для мозговых штурмов. Случайных сотрудников из разных отделов приглашают на совещания, чтобы обсудить какие-то идеи или проблемы. Выборки основаны на исследовании по теории коллективного разума или что-то вроде того. Честно говоря, для всех линейных менеджеров подобная практика – настоящая головная боль. Приходится отпускать подчиненных безо всякого предупреждения. Иногда на пять минут, а иногда и на неделю. Невозможно распланировать работу.
– И Филип тоже участвовал в таких группах?
– Как и все мы, – кивнула Шивон. – Но да, его приглашали чаще, чем остальных из моего отдела.
– И чему посвящались его выборки?
– Чему угодно, – пожала плечами она. – Понятия не имею. На прошлой неделе я сама ходила на совещание про картинки с котиками.
– Серьезно?
– Ага. Мы целый день обсуждали, как лучше представлять людям фотографии питомцев.
– Зачем? – удивился Стерджесс,
– Вы наверняка почти не пользуетесь соцсетями, – смерив его недоуменным взглядом, прокомментировала собеседница.
– Вы правы.
– Я так и поняла.
– А вы можете выяснить, в каких именно выборках участвовал Филип?
– Нет, – покачала головой Шивон. – Не могу. Думаю, где-то и ведется статистика посещений, но у меня нет доступа к этим данным.
– Есть ли вероятность, что подобные группы имеют отношение к столь явному желанию компании вернуть телефон мистера Батлера?
– Послушайте, – нетерпеливо вздохнула Шивон, – вы должны понять, что все предприятия, связанные с технологиями, страдают паранойей. Таково уж положение вещей. Зарабатывать миллиарды, не производя ничего осязаемого, вроде машин, пылесосов или… – она обвела взглядом стол в поисках источника вдохновения… – буррито. У таких компаний есть только цифровые данные и код, поэтому в паранойе нет ничего удивительного. «Мягкие касания» – прекрасное место работы. Да, там иногда внедряют странные инициативы, но к сотрудникам относятся замечательно. Вы много знаете организаций, которыми руководят женщины?
– Нет.
