Спустя пару секунд он осторожно приоткрыл один глаз и тут же пожалел, что это сделал, так как во всей красе увидел обрыв, куда падал. Насладиться зрелищем в полной мере позволял тот факт, что тело застыло в воздухе, не долетев до земли. Легкий поворот головы показал, что на краю пропасти стоит один из двух незнакомцев, беседовавших с Дариусом Уильямсом в то время, когда тот неожиданно воспламенился. Зависший над головой мужчины сгусток оранжевого света давал как следует рассмотреть черный балахон. Стэнли отметил одеяние первым из-за того, что привык так делать, а не из-за того, что оно было самой привлекающей внимание особенностью визави. Нет, таковым являлось его лицо, разделенное на четыре сектора: красный, зеленый, синий и желтый. Вблизи это напоминало скорее не краску, а цветную татуировку или что-то вроде того, хотя Стэнли никогда раньше не видел ничего похожего.
Наконец незнакомец произнес спокойным и даже веселым голосом без малейшего акцента:
– Здравствуй, пташка. Разве тебе никто не говорил, что шпионить за другими невежливо?
– Я не шпионил, – с трудом выдавил Стэнли, облизав пересохшие губы. Он боялся, что первое же слово рассеет чары, которые держали его в воздухе. – Просто гулял рядом.
– Посреди ночи, пташка? Да еще с фотоаппаратом?
Будто по команде, камера соскользнула со своего места на шее Стэнли и воспарила вверх. Он попытался перехватить своевольный предмет, но понял, что не может и пальцем шевельнуть. Оставалось беспомощно наблюдать, как собеседник с разделенным на четверти лицом лапает бесценный аппарат.
– Я натуралист. Люблю делать фотографии растений и животных. Петушков, например.
– Правда? Боюсь, тебе не повезло, пташка. В здешнем парке не водятся петухи.
– Я знаю, о чем говорю. Тут полно всевозможных тварей. Стоит зазеваться, и нападут.
Мужчина в черном одеянии улыбнулся, демонстрируя ослепительно белоснежные зубы. Возможно, они казались еще белее из-за странной цветной кожи лица. Он посмотрел на фотокамеру, прикоснулся к ней кончиком пальца, и она окуталась языками пламени.
– Эй, ты испортил дорогую вещь!
– Взгляни на это с другой стороны, – еще шире улыбнулся собеседник, – если наш разговор пройдет успешно, возможно, ты сумеешь потребовать компенсацию у своего нанимателя. На кого ты работаешь, кстати?
– Я независимый фотограф. Хотя мои снимки иногда публикуют в журнале «Усадьба».
Человек с цветным лицом поднял ладони, и Стэнли почувствовал, как его тело выпрямляется, а руки сами собой тянутся вверх. Он посмотрел на безоблачное небо с бесстрастно мерцающими звездами.
– Как ты относишься к боли?
– Не могу назвать себя большим поклонником.
Стэнли вывернул шею, чтобы взглянуть на перевернутого теперь собеседника с разделенным на четверти лицом, который с улыбкой наблюдал за ним снизу. Сгусток красного света воспарил и завис над плененным журналистом.
– Тогда, боюсь, тебя и читателей «Усадьбы» ждет неудачная ночь. – Мужчина в балахоне быстро свел ладони вместе, будто собирался хлопнуть, а потом стал медленно разводить их в стороны, самодовольно прокомментировав: – Всегда хотел попробовать это сделать.
– Что именно? – уточнил Стэнли, стараясь не выдать охватившей его паники от ужасного ощущения, что кто-то невидимый тянет за руки и за ноги в разных направлениях.
– Слышал о старинных забавах минувших дней, когда злоумышленников вешали, топили и четвертовали? – промурлыкал собеседник, и нажим усилился. – Хорошая новость: я не собираюсь делать ни первого, ни второго.
– Ладно, ладно, – быстро сказал Стэнли. – Остановись. Пожалуйста. Давай обсудим всё как цивилизованные люди. – В отчаянии он взвесил возможные варианты действий, вернее, попытался придумать хотя бы один.
– Я уже сообщил, что именно меня интересует, – заявил мужчина с цветным лицом, еще чуть-чуть разводя ладони в стороны. – И не собираюсь повторяться.
– А-а! Ладно, я все понял! Я подрядился на небольшую работенку от «Странных времен».
– Что за работенка? – уточнил истязатель, усиливая растяжение так, что каждый мускул в теле Стэнли теперь вопил от боли.
– Я же рассказываю! Хватит! – взмолился он, не в состоянии даже утереть слезы, которые струились по лицу.
– О, я не планирую останавливаться.
– Дариус Уильямс. Проследить. За ним.
– Действительно?
– Пожалуйста! – выкрикнул Стэнли.
Он с отчаянием оглянулся на мучителя и за его спиной заметил тень движения. Затем что-то большое и тяжелое врезалось в затылок мужчины с разделенным на четверти лицом. Он тут же накренился вперед и скатился в овраг, на краю которого остался стоять Окс с каким-то бревном в руках, похожим на половину столба ограждения.
Спустя мгновение неведомая сила отпустила руки и ноги Стэнли. Он обессиленно наклонил голову, испытывая благословенное облегчение.
– Спа… – В эту секунду красный огонек над ним мигнул и исчез. – О-о…
