В его голосе сквозила подавленность, столь редкая для шефа полиции. А может, это ей только показалось, ведь он находился в
— Отлично. Хорошая девочка против плохой. Мои шансы равны нулю.
— Франческа…
— Джек, тебе предстоит повозиться с этим делом. — Она наконец осмелилась встретить его взгляд. — Не думаю, что Сюзанна воровка. И я настаиваю, что она ничего не крала.
Мужчина не отводил взгляда, и что-то подсказало ей, что он поверил ее словам.
— Я обязательно найду преступника, поскольку ценю вас обеих.
Слова Джека не убедили Франческу. Сюзанна была давней подругой Слоана. Если в списке подозреваемых осталось всего два имени, не будет ли он вынужден выбирать?
А может, Фрэнки глубоко заблуждалась насчет заботливости Джека? Может, сегодня ночью он всего лишь выполнял свою работу, присматривая за подозреваемой? Использовал свое обаяние, чтобы войти к ней в доверие и сбить ее с толку, намереваясь застать врасплох и получить недостающие улики?
Но Джек открыто говорил о цели своего визита и утверждал, что считает ее невиновной. И она ему верит.
— Я ценю все, что ты делаешь, — мягко произнесла она. — Может, ты сможешь подсказать мне решение одной проблемы? Скажем так, это побочный эффект расследования.
— Ты об этом хотела поговорить вчера?
Она кивнула:
— Людскую молву не остановить. Жители пансиона, ставшие жертвами преступления, будут обсуждать его со своей семьей и друзьями. Это их право. Но ситуация выходит из-под контроля. Насколько мне известно, полиция не объявляла, что именно я — главная подозреваемая. Твои люди не говорили об этом нашим клиентам, поэтому я могу только гадать, как эта информация все же просочилась наружу. Надеялась, ты подскажешь мне ответ.
— Что конкретно ты слышала?
— Не я. Моя дочь.
— Кто-то что-то сказал ей в школе.
Это было утверждение, а не вопрос. Не успела Фрэнки и глазом моргнуть, как Слоан превратился в шефа полиции при исполнении.
— Еще одно неприятное событие вчерашнего дня, — вздохнула она. — Я говорила, как рада, что он закончился?
— Расскажи мне, что случилось.
Женщина подробно пересказала ему свою беседу с Бет Фэйрвевер, вдруг обнаружив в себе непреодолимую потребность говорить, говорить не останавливаясь.
— Понимаешь, переезд сюда казался мне идеальным решением. Нонна нуждалась во мне, а Габриэль никак не могла смириться с уходом отца. Теперь еще и я добавила ей проблем. У бедняжки совсем нет друзей. Впрочем, это не так плохо, — добавила Франческа, — мне не особенно нравились ее друзья из Финикса.
— Почему тебя сочли виновной?
— Блустоун — маленький городок, Джек, где все друг друга знают и перемывают друг другу косточки. Меня записали в преступницы из-за моих подростковых эскапад. Не представляю, чтобы у кого-то язык повернулся обвинить Сюзанну. — Она не дала собеседнику возразить. — Нет, конечно. Закрой нас с ней в одной комнате, и все обвинят меня, когда обнаружится пропажа браслета с бриллиантами.
— Франческа…
— Не пойми меня превратно. Я ни в чем не виню Сюзанну. У меня никогда не возникало поводов сомневаться в ее честности, особенно сейчас, когда у нас установились деловые отношения. Это, конечно, не дружба, но работать сносно можно.
— Франческа…
— Я не крала ничьих денег, Джек. Ошибки прошлого остались в прошлом. Распускать слухи просто низко, тем более что пострадала моя дочь, которая ни в чем не виновата.
Эта речь была порождена усталостью, беспокойством и полной абсурдностью происходящего. Фрэнки никак не могла остановиться, стремясь докопаться до сути проблемы, и надеялась, что собеседник ей в этом поможет. Теперь, когда их отношения стали понятнее, смысла сдерживать себя не было.
— Джек, вот что мне интересно. Мог ли кто-то из твоих людей, работающих по делу, допустить утечку информации? Кто-то…
—
Он произнес ее имя так громко, что поток ее красноречия тут же иссяк.
— Мне очень жаль, что одноклассники твоей дочери узнали о подозрениях полиции в твой адрес, — сказал он. — Мои люди знают, что не имеют права разглашать подробности расследования. Я поговорю с ними и выясню…
— Я очень ценю это, но прошу тебя, будь очень аккуратен. Не хочу, чтобы кто-то подумал, будто у тебя есть любимчики.
Слоан нахмурился:
— Никто не будет ставить под сомнения мои действия.
— Кто-то может подумать, будто ты меня жалеешь или, например, что ты ко мне неравнодушен.
— И этот кто-то будет прав. — В его глазах плясали озорные искры. —
У Франчески сердце замерло в груди. Она могла лишь смотреть на Джека, не в силах вымолвить ни слова от нахлынувших чувств. Она была так взволнована, что едва могла дышать.
