– Рабочие будни, – развел руками сосед, – вы же понимаете, Каро, руководитель не может позволить себе ослабить контроль.
– Да уж, – ядовито процедила герцогиня, вперив в меня злобный взгляд, – с такими безответственными сотрудницами странно, что вы еще не разорились.
На это можно было многое ответить, но я предпочла потупиться в притворном смущении и запомнить обиду. Вот возьму и напишу, что леди Айвори носит парик, потому что облысела из-за постоянного окрашивания волос. В «Вестнике», конечно, такое не напечатают, но есть ведь менее серьезные издания.
– Они не так плохи, если за ними присматривать. – Опасливо покосившись на меня, попытался сгладить ситуацию Алекс.
– Что ж, – поднявшись с дивана, заявила герцогиня, – раз уж пообщаться нам не дадут, я, пожалуй, вас покину.
– Как, уже? – В вопросе соседа отчетливо зазвенела фальшь. Или мне просто очень хотелось ее услышать?
– Надеюсь, при следующей встрече ваше внимание будет принадлежать только мне, – подпустив в голос томных ноток, промурлыкала Каролина и направилась к выходу.
– Я провожу! – Бросив альбом на диван, воскликнул сосед и последовал за ней. На пороге он обернулся и строго распорядился: – Аманда, займите гостя!
Разумеется, я предпочла бы лично убедиться, что кукла убралась с моей территории, прихватив свои меха, шляпу и замыслы, но нужен был достойный повод, чтобы нарушить прямой приказ, и я его ту же нашла.
– Чаю? Кофе? – с надеждой обратилась к рыжему, который до сих пор не проронил ни слова. Чтобы обеспечить визитеру горячие напитки, нужно было выйти из кабинета, что мне и требовалось. Но нахальный посетитель убил на взлете мой безукоризненный план.
– Спирту! – изрек он знакомым голосом, и я с раскрытым от удивления ртом опустилась на нагретое гадюкой место.
Алекс вернулся быстро – настолько, что невольно закрадывалось подозрение, что он закрыл герцогиню в шкафу, вместо того чтобы чинно отвести под ручку к автомобилю. Он ворвался так же стремительно, как его гость, захлопнул дверь, щелкнул замком, подлетел к дивану, уселся рядом со мной, принял оборонительную позу, скрестив руки на груди, и грозно вопросил:
– Сколько раз я должен повторить, чтобы ты не приходил сюда, чтобы ты понял, Джайс?
Перевертыш, а это был действительно он, занял без приглашения одно из кресел с противоположной стороны журнального столика и, проигнорировав вопрос Фрэйла, злобно задал свой:
– Что она тут делает?
– Я? – Увлекшись разглядыванием яркого парика, искусно наклеенной темно-рыжей бородки и окрашенных в тон ей бровей, я не сообразила сразу, о чем речь, и даже успела глупо возмутиться: – Работаю!
– Да не ты! – отмахнулся оборотень. – Что здесь делала Каро, Фрэйл? Если у тебя с ней… Я тебя… – Фраза оборвалась, переплавившись в натуральный звериный рык.
Алекс же вдруг ловко обвил мою талию рукой, придвинул меня к себе вплотную и чмокнул в висок, попутно прошептав: «Подыграй!». Отбиваться я и не подумала, хотя просьба добралась до мозга далеко не сразу. Сперва замерло на миг сердце и с удвоенной частотой забилось где-то в горле, похолодели и задрожали стиснутые соседской рукой пальцы, а лицо наоборот – заполыхало. И только после всех этих симптомов идиотской влюбленности проснулся разум – судя по словам Джайсона, не у меня одной возникли подозрения насчет гадюки и Фрэйла-младшего. Но перевертышу-то какое до этого дело? Неужели и он…?
– Попрошу не делать оскорбительных намеков в присутствии моей невесты! – чопорно потребовал Алекс, помешав мне развить мысль до конца.
Невеста? Какая еще невеста? Где невеста? Да я ее сейчас!
Стоп. Это он обо мне?
Значит, оборотень действительно рычит от ревности, раз уж соседу пришлось использовать меня как прикрытие. Стало немножко гадко, но не настолько, чтобы гневно отказаться от присвоенного мне звания. Просит подыграть? Так я подыграю! Уж невесту-то никто не выставит из кабинета, когда в нем намечается интересный разговор. А если еще применить излюбленный подход Руми и заявить, что теперь Алекс мне должен… Я даже зажмурилась мечтательно на секундочку, но перебирать варианты не стала – не к спеху, что именно должен, я и потом придумать смогу. Перспективы вдохновляли. Да и когда еще подвернется такой случай проверить свою реакцию на прикосновения соседа, не выдав себя?
– Каких намеков, милый? – довольно удачно скопировав томные интонации герцогини, поинтересовалась я и легонько потерлась щекой о плечо Алекса.
Похоже, такого активного участия в спектакле он от меня не ожидал – закаменел и, кажется, от удивления даже забыл, как дышать, но быстро отмер и включился в игру. Поднял мою ладошку к губам, облобызал пальцы и промурлыкал:
– Никаких, дорогая!
– Так вы уже вместе? – впечатлился представлением наш единственный, моментально успокоившийся зритель. – Поздравляю!
– Что значит «уже»? – нахмурилась я, насторожившись.
– Ничего! – расплылся в клыкастой ухмылке Джайс, подмигивая соседу. – Это я просто выразился неудачно. Так зачем к вам приходила моя Каро?