– Одуванчик, а давай ты просто тихо посидишь в библиотеке, пока не вернется Руми? – Это было не просто предложение, а почти мольба. – А я займусь решением вопроса с машиной.
Конечно, мне хотелось гордо вздернуть подбородок и немедленно покинуть вражескую территорию. Вот только на улице было уже далеко не лето, и оказаться на улице без верхней одежды было неразумно. И даже выходить без нее из такси на глазах у соседей было глупо и неосторожно. Пришлось послушно кивнуть и отправиться в царство книг.
Библиотека у Фрэйла-младшего оказалась шикарная – двухъярусная, со шкафами, уходящими под самый потолок, и опоясывающим комнату балкончиком, на который вела деревянная винтовая лестница с резными перилами. Привычные стол и кресла отсутствовали. Вместо них в центре помещения лежали огромный круг пушистого ковра и куча разноцветных подушек. Такие же думки громоздились на широких низких подоконниках поверх стеганых мягких подстилок. На улице, совсем рядом с домом, отделенные от него лишь узкой полосой газона, деловито вышагивали горожане, проезжали шикарные машины, но сквозь стекла не проникало и намека на шум. Обнаружив в уголке рамы Скромную гравировку, которая гарантировала повышенную прочность и одностороннюю прозрачность изделия, я тихонько хмыкнула. Интересно, распространяется ли эта гарантия на юных мисс с табуретом в хрупких руках? И не из-за ее ли замашек была применена такая экономия на обстановке?
Впрочем, вопрос меблировки занимал меня недолго. Попавшийся на глаза в первом же шкафу геральдический справочник был куда занимательнее. Выудив с полки тяжеленный том, я устроилась с ним на подоконнике, но мельтешение за стеклом отвлекало, и мне пришлось перебраться на пол. Выданное мне занудой-Алексом задание было неимоверно скучным, и столь же неимоверно сложным для провинциальной девушки, никогда не увлекавшейся изучением родственных связей аристократии.
Заметку о том, что все титулованные особи столицы приходятся друг другу какими-нибудь десятиюродными кузенами, я должна была дописать еще вчера. И дописала бы, поскольку Итон Оутс – милый парень из отдела спортивных новостей, оценив стопки бумаг из картотеки на моем столе, шепнул на ушко, что никто не требует от меня подробной таблицы, статистики и тому подобного. Что для статьи достаточно общих рассуждений и пары не очевидных примеров, а научные труды « Вэлларийский Вестник» все равно не печатает.
Фрэйл-младший уволок меня из редакции, как раз когда я размышляла, чьи имена упомянуть в уже готовом тексте, поэтому справочник оказался как нельзя кстати. Читать его весь не было смысла, я просто захлопывала книгу и снова открывала ее, где придется. Ничего подходящего, как назло, не попадалось. Зато обнаружилась закладка из тонкого блокнотного листа. Кроме вензеля из переплетенных букв «А» и «К» и нескольких цифр на листочке ничего не было. Заложенный же разворот посвящался герцогу Айвори. Даже такой новичок в столичной жизни, как я, уже понимала, что не стоит писать о человеке его уровня в незамысловатой статейке – тем более без высочайшего дозволения, – а потому просто перевернула страницу.
Справочник меня разочаровал и был отложен на случай, если не найдется чего-то получше. За ним последовал еще один, и еще. Поначалу я сразу ставила тома на место, но вскоре мне это надоело, и постепенно вокруг меня выстроился целый бастион из книжных башен. Внутри этого сооружения в компании мягких подушек, пушистого ковра и случайно обнаруженных «Приключений великолепного Джима», на которых я в итоге остановись, было так уютно, что я совершенно позабыла о времени.
– Мэнди, я вернулся!
Ворвавшийся в царство комфорта окрик прозвучал так внезапно, что я неловко дернулась от неожиданности и задела ближайшую пирамиду. Та покосилась и упала на соседнюю, вызывая цепную реакцию. Через мгновение уже все башни лежали в руинах, и посреди этой разрухи на куче подушек сидела я и растерянно хлопала глазами. Сообразив, что хозяин апартаментов вот-вот явится проверять, как тут поживает его гостья, и совершенно не желая ехидных сравнений с мисс Крушительницей-стекол, я подхватилась и принялась спешно запихивать книги на полки, даже не пытаясь вспомнить, где именно они стояли. Подобрав вылетевший блокнотный листик с вензелем, я сунула его в один из томов и вместе с ним затолкала в шкаф.
К тому моменту, когда на пороге библиотеки показался Алекс, я, как и положено воспитанной мисс, чинно восседала на подоконнике. С правильной осанкой, изящно скрещенными щиколотками, грациозно склоненной головкой и небольшой книжечкой в полусогнутой руке. Картинка, а не девушка, что секунду назад лихорадочно утрамбовывала на полку слишком пухлый для имевшегося места справочник.
– Скучала? – подойдя ближе, полюбопытствовал сосед.
– Что? – отозвалась я, словно только-только его заметила.
– Я спрашиваю, не скучала ли ты, Одуванчик, – повторил Фрэйл.
– Прости, так зачиталась, что…
– Конечно-конечно, – закивал Алекс, улыбаясь, – я понимаю. И история интересная, и читать сложно.