Лили: Я была такой глупой, такой дурочкой. Он увидел, как я поддалась, и еще больше запутал мои проблемы. И я позволила ему. После Вегаса, мои сердце и голова находились в полном замешательстве. На самом деле возможно ли такое, вся пылающая, неутолимая страсть, может оказаться просто иллюзией? Знаю, я потеряла его доверие, но так или иначе мне придется найти способ, исправить все то, что я натворила и найти свой путь к его сердцу. Я должна все исправить... чего бы это не стоило. Джейк: Теперь она моя жена, но я знаю, что она не моя. Не на самом деле. Не по-настоящему. Не так, как я хочу. Видите ли, я хочу ее всю. Каждую часть: сердце, разум, тело и душу. И я готов перевернуть небо и землю, чтобы это случилось. Это моя миссия и мое обещание. Или она будет моей или я умру на пути к своей цели... Книга содержит реальные сексуальные сцены и нецензурные выражения, предназначена для 18+
Фридрих Ницше
Мало кто, будучи мертвецки пьяным, развалится у стены в коридоре перед своим люксом в гостинице Вегаса. Ожидая, когда откроется дверь и отчаянно желая, чтобы она не открывалась. Полагаю, что я именно тот ирландский парень, которого описывала Эдна О'Брайен, говоря: «изуродованный, застывший и деформированный, но до ужаса крепкий».
В моем эмоциональном состоянии, я созерцаю свое темное безумие. Если правдиво высказывание, что сущность души содержит карту судьбы, то география моей судьбы – именно этот богатый коридор, который видно уже тогда был известен высшей и наиболее скрытой части меня, когда я еще был всего лишь нищем мальчишкой. Мальчишкой, который бегал босиком по траве, залитых солнцем лугов, посещал конные ярмарки и смотрел голодными глазами, но никогда не прикасался к девочкам туристкам.
Все мои воспоминания крутятся вокруг, как я выкапывал охапками морковь и картофель, ел корки хлеба из пресного теста и одевался в лохмотья и обноски, хотя был самым старшим среди детей. Однажды на Рождество мама заплатила десять фунтов за пару потемневших темно-бордовых бархатных штор в благотворительном магазине. Она раскроила и сшила всем троим мальчикам одинаковые брюки и платье для моей сестры. Уже тогда моя сестра была совершенно прекрасной, и конечно же платье выглядело на ней просто великолепно. Мне, наверное, следовало избить того парня после служебной мессы в церкви, который так похотливо пялился на нее. «К огорчению» для себя, в какой-то день после Рождества я случайно напоролся на гвоздь брюками из штор и разодрал их, причем так сильно, что они стали непригодными даже для шорт. В последующую неделю оба мои брата «случайно» и непоправимо разорвали свои.
Будучи детьми, мы не понимали, что наше нищенское положение из-за того, что отец был азартным игроком. Карты, ставки на собачьи бега и лошадей, спортивный тотализатор, драки, игра в кости. Все, что требовало определенной сноровки и ловкости было для него сверх привлекающим. Стоило ему начать и остановиться он уже не мог. Иногда он брал меня с собой, и я сидел с широко раскрытыми глазами, наблюдая за ним. Он был моим героем. Какого черта, возможно, он до сих пор так и остался моим героем.
Патрик Иден был особенным. В то время как весь остальной мир имел мнение, что ирландцы тупицы (типа они хлебали суп вилкой) мой отец придерживался совершенно другой философии.
– Есть только два типа людей в мире, мой мальчик, – нередко говорил он мне с веселой уверенностью, гордо подняв палец, – ирландцы и те, кто хотел бы ими быть.
Очевидно, имея такую философию жизни, он был абсолютно убежден, что является победителем. Остальные игроки рассчитывали на удачу, и только он нашел абсолютную технику игры, позволяющую добиться успеха несмотря ни на что. И когда он выигрывал это действительно казалось именно так. Я не могу забыть, как он преображался, когда перед ним вырастала куча денег. Самодовольным? Ох! Вы никогда не видели ничего подобного, такого, как мой отец, когда он выигрывал. Он становился просто колоссальной личностью, намного, круче, чем был на самом деле. Даже сейчас воспоминания вызывают у меня в сердце теплоту.
