– Тогда я не пойду в номер, – говорит он, упрямо сжав челюсть.
– Я не могу поверить, что ты так пьян.
Он смотрит на меня, его глаза не в состоянии даже четко сфокусироваться.
– Пьяный – это когда ты доходишь до ручки. Я еще не дошел, потому что точно знаю, где я нахожусь и что делаю. К тому же это не имеет отношения к нашей дискуссии.
– Ну, я не буду снимать с себя трусики и стоять над тобой, так что бы ты мог смотреть мне под юбку.
– Почему нет?
– Потому что любой может прийти сюда!
Он хихикает.
– Это как раз отлично. Страх, что тебя застукают, всегда заставляет тебя быстрее кончать.
Он скользит рукой мне между ног и начинает тереть шелковую промежность на моих трусиках. Его глаза поблескивают, потому своей рукой он обнаруживает, несмотря на мои ханжеские возражения, что я уже возбудилась. И от его внимания не ускользает, что я не отталкиваю его руку. Он гладит влажную материю и торжествующе улыбается.
– Ну же, побудь искусителем. Дай всего лишь разок лизнуть. Я умираю от желания запустить в тебя свой язык, – его глаза полуприкрыты, взгляд тяжелый от выпитого и желания. Я чувствую, что становлюсь все более и более возбужденной, ткань на трусиках уже совсем стала мокрой.
– Дам только разок, – сурово говорю я.
– Честное слово.
– И потом ты пойдешь со мной в номер?
– Клянусь, умереть мне на этом месте, – торжественно обещает он.
Я быстро встаю и снимаю трусики, он молча наблюдает. Не говоря ни слова, он протягивает руку, и я отдаю их ему. Пока он неуклюже запихивает трусики в карман, я украдкой смотрю направо и налево. Коридор пуст, поэтому делаю шаг вперед, вставая над его лицом с разведенными ногами.
Он широко улыбается.
– Теперь я могу умереть счастливым, – он смотрит прямо мне в глаза. – Опустись мне на лицо.
Я упираюсь ладонями в стену и опускаю бедра, пока моя киска не касается его рта. Оказывается, он хочет не только разок лизнуть, потому что моментально захватывает мой клитор зубами, я нахожусь в этой жуткой ловушке, в ужасной позиции.
– Ты сказал, что только лизнуть разок, – отчаянно говорю я.
Его руки скользят вверх по моим бедрам и крепко хватаются, удерживая за мои голые ягодицы.
– Я соврал, – приглушенно отвечает он, начиная усиленно сосать клитор.
– Сейчас уже придет такси, – чуть ли не плача отвечаю я, но ощущения, которые поднимаются между моих ног по всему телу, заставляют просто застонать и заскрежетать зубами. В конце концов, я могу взять и другое такси. А затем другой голос, который оказывается гораздо сильнее, говорит:
Из последних сил я мобилизую себя и отхожу от него подальше, уставившись в его глаза, тяжело дыша, полностью возбужденная и напуганная.
– Ну, ладно, посмеялись и хватит, теперь давай вставай, – говорю я задыхающимся голосом.
Он молча, повинуясь протягивает мне руку, я беру ее и тяну вверх. Он так легко поднимается на ноги, похоже ему и не нужна была моя помощь.
– Ты в порядке? – спрашиваю я.
– Никогда не чувствовал себя лучше.
Я помогаю ему дойти до кровати. Он падает на нее и специально тянет меня за собой, я оказываюсь под ним, и он пристально смотрит мне в глаза.
– Итак, ты планируешь уехать, да?
– Я думала, ты хотел, чтобы я ушла, – шепчу я.
– Ну, конечно. Ты самая странная девчонка, Лили.
– Почему же ты ушел тогда от меня?
Он хмыкает.
– Я хотел посмотреть, что ты будешь делать. Я не думал, что у тебя займет так много времени сделать свой очередной ход, – он скатывается с меня и ложится на спину, вытаскивая пачку сигарет из кармана рубашки.
Я хмурюсь.
– Ты не куришь?
– Курю... во время крайне наглой провокации, – он зажигает сигарету и глубоко затягивается, выпускает дым и поворачивает ко мне голову. – Я выкуривал пачку в день, когда мне исполнилось девятнадцать.
Слишком многого я не знаю о нем.
– А что ты сделал, когда ушел из номера?
Он с удивлением выдыхает.
– Я сел у двери, позвонил вниз и попросил принести мне бутылку виски и сигареты. Они очень любезны. Хотели принести еще и стакан, но я сказал им не беспокоиться на этот счет.
На конце сигареты собрался пепел, который вот-вот может упасть, и я начинаю передвигаться, чтобы найти блюдце или что-нибудь еще, что можно использовать как пепельницу, но он сразу хватает меня за запястье.
– Куда-то собралась, юная леди? Я еще с тобой не закончил.
Я наклоняюсь к нему и шепчу на ухо.
– Разве твой член не слишком вялый для этого?
Он смеется, прекрасным глубоким смехом, затем тянется к моему уху и шепчет в ответ:
– Я жесткий и изголодался по тебе, детка.
Мое тело тут же напрягается и возбуждается.
– Правда?
– Точно. Все девять дюймов.
Я ничего не могу с собой поделать, улыбаюсь, как дурочка.
– Посмотри и сама все увидишь.
