– Венда! – дочь мельника схватила руку подруги на прощанье. – Прошу тебя, я его… люблю. Он идеальный мужчина для меня, посланный богами, и вообще… Помни об этом, ладно?
Знахарка ничего не сказала, а Яда быстро собрала свое белье и побежала в сторону мельницы, оставляя хмурую хранительницу на берегу озера.
Ей понадобился не один день, чтобы решить эту загадку. У нее не было времени, чтобы следить за Лендавом, потому что слишком много надо было сделать в ее маленьком хозяйстве, слишком много людей приходило за советами и зельями. Поэтому она попросила Да Верна, а тот попросил волков с гор следить за мельницей и ее жителями.
А там жизнь продолжалась спокойно, даже лениво. Погода баловала долину добрые две недели, жаря солнцем, а видимые иногда вдалеке темные тучи обходили деревню стороной. Беловолосый парень помогал семье Яды и работал наравне с ее братьями, хотя и выглядел, как молодая березка среди дубов. Вечерами он тайком убегал на свидание с Ядой, и тогда волки обычно уходили.
Яда перестала наведываться к Венде, а если встречалась с ней в деревне, только мимолетно улыбалась, обменивалась парой предложений и убегала, аж пыль поднималась.
Сначала все радовались солнцу. Вода в озере была теплой. Люди охотно купались и загорали на берегу.
Однако через некоторое время жара превратилась в засуху, а земля начала трескаться и сереть. Трава слабо росла, для зерновых не хватало влаги, поэтому все чаще слышны были жалобы крестьян. Они с надеждой следили за тучами, кружащими вдалеке, но дождь обходил долину, выливая воду на лес и темные пики гор.
Наконец долина дождалась своей очереди. Однажды, громыхая и сверкая молниями, приближалась буря. Небо почернело, и день сменился ночью. Люди бегом возвращались домой с полей и уходили с озера, куда, как известно, любили чаще всего бить молнии.
Тогда волки и принесли Да Верну интересную новость, а тот с победным блеском в глазах рассказал ее Венде.
Она огорчилась, когда ее подозрения подтвердились.
Девушка отвела корову в хлев, положила ей сена и, борясь с врожденным страхом перед бурей, направилась на встречу с беловолосым.
– Ну давай, давай… – удивила она его, когда он доплыл до самого берега озера.
Он тяжело вылез между камышами, голый, каким его создали боги.
Его кожа блестела серебром, а когда он тряхнул головой, вместе с каплями воды с нее слетели искорки. От ладоней и аж до ступней раскинулись белые крылья, которые, как только парень вышел из воды, с едва слышным шорохом втянулись в его тело.
– Привет, хранительница! – он выровнялся, сопя от напряжения, но отважно глядя ей в глаза. Кожа стала приобретать человеческий оттенок, а глаза вновь странно посерели.
– Привет, погодник, – кивнула она ему, вставая напротив, как в поединке. Она показала на исчезающие крылья: – И в самом деле летун, Яда что-то почувствовала, когда придумывала тебе имя.
Лендав склонил голову, вытряхивая воду из уха.
– Это правда… И что теперь, хранительница? Раз ты уже знаешь, то должна меня убить, да?
Венда посмотрел на длинный нож, который держала в руке. Тот самый, которым она убила Оллена.
– Нет, – она пожала плечами. – Это на всякий случай, если бы какие-то глупости пришли тебе в голову. Я – хранительница, а не убийца чудовищ.
– А я не чудовище, – ответил он. – Я посланник богов. Я не угроза для людей, я приношу вам только дождь, иногда бурю, град…
– Залезаешь людям в сны, соблазняешь девушек, – иронично закончила она.
– Я не слышал, чтобы кто-то жаловался, – ответил он нагло.
Девушка кинула на него резкий взгляд. Погодник потянулся за одеждой и начал одеваться. Они какое-то время молчали.
– И что сейчас? – снова спросил он.
– А как ты думаешь?
– Я хотел бы остаться с Ядой, – лукаво усмехнулся он. – Она мне нравится. Может, даже больше, чем нравится. Если бы она захотела наложить заклинание и навсегда привязать меня к себе, я бы не стал бороться за свободу.
– Да?
Он заметил ее интерес, откинул с глаз мокрые белые пряди.
– Не веришь, что нелюдь тоже может любить? Кажется мне, что ты сама связалась с каким-то здешним нелюдем.
– Не твое дело, – она гордо вскинула голову. – Его я знаю, а тебя нет. Опыт подсказывает мне, что нелюди часто врут и воспринимают нас, словно игрушки. И я не хочу, чтобы с Ядой случилось что-то плохое.
– Ну знаешь ли, – возмутился он. – Тут не на что жаловаться.
– Пока да, – ответила она. – И как долго это продлится? Как надолго ты останешься? Сколько выдержишь?
– Сколько смогу, – серьезно сказал он, пронзая ее взглядом. – Сколько ты позволишь, хранительница.
Она покачала головой, стиснув губы. Хранитель не дал бы себя переубедить.
– А если я позволю, но наложу заклятие, чтобы ты остался до конца? Быть с Ядой до ее смерти, иметь с ней детей. Ты готов на это? Это очень долго, а она не всегда будет такой сладкой, как сейчас.
Лендав снисходительно улыбнулся, как ребенку.
– Ваша жизнь для меня как один день, хранительница. Я могу остаться надолго, это не проблема.
Она отрешенно кивала, задумавшись, сколько ему лет. Они снова замолчали.
