Спустя минуту Кролик выбежал к ней, в руках он держал импровизированный крюк на короткой веревке – он так и не успел его опробовать. Кролик замер возле матери, разглядывая двух мужчин и двух женщин на крыше. У него из рук выпал крюк, породив приглушенный стук, и Кролик заметался, отыскивая ту, из-за которой пришел сюда. Подбежал к самолету.
Адам заметил Кролика, передал Диане ружье.
– Побудь здесь…
Он пошел к пробоине, хотел позвать Кролика, но тот сам нашел вход. Адам протиснулся первым, Кролик едва не застрял, но сдвинул коробку, влез в салон.
Адам прошел вперед, увидел Стефана, опустился на колени, обнял брата.
– Стефан… Ты живой. Молодчина.
Стефан, пуская пузыри на губах, улыбнулся, по-прежнему глядя куда-то вверх. Кролик остановился, разглядывая их, поспешил дальше, заглядывая между кресел. Адам оторвался от брата, глянул вслед Кролику.
– Где Нина? – вырвалось у него, но он не ждал ответа от Стефана, только глянул на него. – Я сейчас. Побудь один еще немного.
Адам пошел за Кроликом. Он увидел с расстояния, что Кролик на кого-то наткнулся возле самой кабины, замер, потянулся рукой.
– Постой! – крикнул Адам. – Не открывай ее! Нельзя!
Кролик его не послушал, стянул одеяло с Нины и замер, разглядывая девушку.
Нина, моргая, смотрела на него, но не пыталась укрыться, свернуться калачиком или просто закрыть глаза. Она медленно села, по-прежнему глядя Кролику в глаза.
Когда Адам оказался у Кролика за спиной, Нина даже не посмотрела на брата. Завороженная, вовсе не испуганная отсутствием одеяла, Нина смотрела на этого увальня, который, в свою очередь, рассматривал ее, и было слышно лишь, как он раздувает ноздри и тяжело дышит, как после пробежки. Адам увидел ее глаза и осознал, что ни разу еще не видел у сестры такого выражения. Он даже не смог бы описать, что видит, спроси у него кто-нибудь об этом. Помедлив, он медленно отступил, эти двое все смотрели друг на друга.
Опустившись перед Стефаном на колени, Адам погладил его по спине.
– Сейчас я вернусь, Стефан. Я приведу Диану, и мы всегда будем вместе.
Когда Адам вышел из самолета на крышу, Марка осматривала Ондатра.
Он пришел в сознание, но молчал, лишь бездумно пялился в небо. Он даже не стонал, хотя у него было какое-то повреждение. Тамару каким-то образом сдерживала Диана, обняв девушку, что-то тихо нашептывая. Ружье лежало рядом, и Адам первым делом его подобрал. Даже без объяснений со стороны было ясно, что с Марком случилось нечто, что оставит след.
Адам присмотрелся к Марку, и на него нахлынули противоречивые чувства. Он вспомнил слова отца, что лучше бы никто никого никогда не убивал. Даже самых плохих людей. Еще в Башне, дома, Адам сделал все, чтобы этого не случилось. Позже, когда Марк их преследовал, Адам об этом уже не задумывался. Сейчас воспоминание пришло с такой силой, как если бы отец говорил с ними считаные дни назад. Так и вышло, как он хотел. Никто не убит. Но противостояние закончено. Насчет этого почему-то возникла полная уверенность еще прежде, чем Адам спросил, что с Марком.
Ондатра коротко глянула на Тамару, как если бы не хотела говорить при ней, покачала головой.
– Я еще не уверена, но… кажется у него не двигаются ноги. Нет реакции. Его парализовало ниже пояса. Но… он будет жить, у него внутри… вроде бы все целое.
Тамара в очередной раз попыталась вырваться из объятий Дианы. Адам встретился с возлюбленной взглядом, качнул головой: отпусти. Диана разжала руки. Тамара быстро опустилась на колени, приникла к Марку, мешая Ондатре. Старуха отстранилась, ничего не сказала, переглянулась с Адамом. Тамара всхлипнула.
– Я всегда буду рядом с ним, – она сдерживала рыдания. – И нам никто не нужен. Мы будем вместе.
Последнюю фразу она сказала шепотом, и они едва расслышали слова.
Адам оглянулся на самолет – он беспокоился о Нине. Все-таки он не был уверен в благих намерениях Кролика. Он сжал Диане плечо, кивнул на самолет. Она ничего не успела ответить.
Из салона показались Кролик и Нина. Он выбрался первым, протянул ей руку, помог выйти. Они ни на кого не смотрели, кроме них двоих никто сейчас не существовал. Нина была без одеяла. Просто вышла на открытое пространство, как если бы всю жизнь так делала, даже не зажмурилась от дневного света. Они выглядели забавно – громадный Кролик и маленькая Нина, – но ни у кого это улыбку сейчас не вызвало.
Адам физически почувствовал удивление Дианы.
– Ничего себе… – прошептала она. – Это что? Все из-за него, из-за Кролика?
Адам прошептал в ответ:
– Любовь совершает и не такое. Как ты могла убедиться.
Кролик повел Нину к выходу.
– Сын! – крикнула Ондатра. – Подожди меня внизу, с Куницей.
Кролик, казалось, ничего не слышал, просто шел рядом с Ниной и смотрел на нее.
– Кролик! – Ондатра повысила голос.
На этот раз ее отпрыск оглянулся, встал.
– Ты не забыл, что у тебя здесь мать и сестра?
Кролик тупо улыбнулся, покачал головой.
– Жди меня внизу. Присмотри за Куницей.
Кролик кивнул, перевел внимание на Нину.
Адаму так хотелось окликнуть сестру, но его потянула к самолету Диана.
