Уклонившись от вражеского клинка, Демир ответил быстрым, как молния, ударом. Противник отразил его саблю встречным выпадом и шагнул в сторону, уступая место в схватке с Агой напарнику.
Дабы не утратить сноровку, посланник Султана использовал всякую свободную минуту для воинских упражнений. Вот и ныне он оттачивал искуство боя против двоих недругов с верными Халилем и Мустафой.
Несмотря на пронизывающий осенний ветер, Демир сражался обнаженным до пояса. Выросший у подножия Бингель-Дага, был он привычен к суровому климату гор, где до самого лета не таял лед, а неистовый вихрь обрушивал на селения то град, то снегопады.
Несмотря на сухощавое телосложение, турок был на удивление мускулист. Хотя он отнюдь не выглядел богатырем, в движениях его чувствовались сила и уверенность опытного бойца.
Глядя на него издали, Махрюта вдруг ощутил прилив аппетита. Обладавший мощными челюстями и крепким желудком, он страстно любил солонину. И жилистое тело басурмана пробуждало в его душе, улегшуюся было страсть к людоедству.
— А на тебе больше мяса, чем мне сдавалось!.. — задумчиво проронил тать, созерцая ладное тело турка. — Любопытно, каков ты на вкус!..
— Ты что-то молвил? — обернулся к нему посланник Султана. — Повтори, я не расслышал!
— Говорю, что ты крепче, чем кажешься с виду! — ухмыльнулся душегуб. — Зачем кликал меня, Демир-Бей?
— Да так, хотелось потолковать с тобой о делах, господин Каин! — турок опустил саблю и велел подручным покинуть место учебной схватки. — Еще вчера в том не было нужды, однако нынче нам не обойтись без откровенного разговора…
— И о чем пойдет разговор? — насторожился Махрюта.
— О твоем неуместном влечении к княжне Корибут! — не стал ходить вокруг да около турок. — К чему отрицать очевидное? Мне ведомо, что вчера перед отходом ко сну ты шептался с ней!
— Тебе Щерба рассказал? — хмуро вопросил его душегуб.
— Стал бы сей православный говорить о таком с басурманом? — насмешливо фыркнул Демир-Ага. — Нет, сие мне стало известно из других источников!
— Твои источники лгут! — криво усмехнулся Махрюта. — Что с того, что я обменялся парой слов с невестой княжича Владислава?
Я лишь пожелал ей доброй ночи!
— А также сказал, что хочешь похитить ее из стана Радзивила и отвезти к возлюбленному? — безмятежно улыбнулся турок. — Мне все известно!
— Радзивил тебе не поверит! — скрывая за улыбкой страх, ответил ему людоед.
— Еще как поверит! — мечтательно прищурился посланник Султана. — Коли хочешь, я тотчас могу рассказать ему о твоем обещании княжне. Поглядим, как долго после этого твоя голова продержится на плечах!
— Однако ты не спешишь поведать сию тайну княжичу, — заметил обладавший незаурядным хладнокровием Махрюта. — Может, назовешь причину своего молчания?
— Она проста, Каин. Ты — умелый воин, и я желал бы тебя видеть в числе своих друзей. Твоя смерть никому не принесет пользы, а живой ты мог бы пригодиться Высокой Порте.
Рано или поздно она придет на эти земли, чтобы остаться здесь навсегда. И ей потребуются люди, способные удерживать в руках завоеванных славян.
Из Радзивила может выйти неплохой наместник, посему мы оказываем ему помощь. Но для утверждения во власти Владиславу необходим брак с княжной Корибут. Она — наследница почитаемого в сих краях Магната, и союз с ней укрепит позиции нового властителя Литвы.
— А какой прок от сего мне? — пожал плечами Махрюта.
— Такой, что ты мог бы стать правой рукой княжича, его защитой и опорой. А заодно доверенным человеком Порты на литовских землях. Тем, кто остановит Радзивила, если он решится нас предать…
Но чтобы осуществить это, тебе нужно удержаться в окружении княжича, а твоя жажда сблизиться с дочерью Корибута никак не способствует сему.
Признаюсь, когда я узнал о твоем разговоре с Эвой, первым моим желанием было выдать тебя Радзивилу. Надо же, под носом у княжича действует московский лазутчик, жаждущий похитить его невесту!
Но поразмыслив, я принял решение, сохранить тебе жизнь.
Я повидал немало людей и знаю: такой, как ты, не станет рисковать собственной жизнью ради счастья других. Твои обещания вернуть Эву возлюбленному — не более чем ложь, призванная склонить ее к побегу.
О том, как ты собираешься поступить с княжной далее, можно лишь догадываться. Но меня сие мало заботит. Для свершения моих замыслов необходимо, чтобы дочь Корибута обвенчалась с Радзивилом.
А это значит, что ты отступишь от планов ее похищения или же умрешь! Поверь, я сумею найти тебе достойную замену в охране княжича. Так что выбирай — путь к величию и славе или смерть на колу!
— Величие и слава лучше! — процедил сквозь зубы Махрюта.
— Вот и хорошо! — улыбнулся Демир-Ага. — Я рад, что не ошибся в своем здравомыслии. Надеюсь, впредь ты будешь вести себя благоразумно!
— Надейся, басурман! — проворчал людоед, оставшись наедине с собой. — Коли в том есть нужда, я буду кротким, как овца. Но настанет миг, когда ты отвернешься, и я всажу клыки тебе в горло!
