Чужое судно — сбавляло ход, но все же ударило оставшуюся без управления яхту сбоку, треск прекратился. Борт яхты наваливался на него, он в ужасе замолотил руками, потому что его могло затянуть под дно яхты и в конце концов изрубить винтами. Цепляясь за деревянную обшивку обеими руками, он, наверное, закричал бы — если б не знал, что тотчас же нахлебается воды. Легкие — дыхание он задерживал, пока мог — горели огнем. Оба судна — теряли скорость…
Потом они и вовсе остановились — как пиратская бригантина и взятый ею на абордаж купеческий корабль.
Он замер. Сначала ничего не происходило, потом послышались голоса. И на яхте и на преследовавшем ее корабле — заглушили моторы, так что слышно было очень хорошо. В море вообще тихо…
— Ларка миленьге?
— Нахин. Куч нахин.[97]
Молчание. Потом — новый голос, сухой и отрывистый
— Что происходит? Все сделано?
— Да, эфенди. Все сделано.
Говорили на английском
— Вы видели судейского?
— Да, эфенди. Он мертв
— Мальчишка. Должен быть еще мальчишка. Его видели на борту. Хозяин видел еще мальчишку.
Гордон затаил дыхание
— Он тоже мертв, эфенди.
Молчание.
— Ладно. Поджигайте и уходим.
— Слушаюсь, эфенди.
— И быстро.
Гордон услышал какой-то удар, звон стекла. Потом — пламя, яркое — полилось на воду с борта, едва ли не на него…
И тогда он нырнул — хватанув воздуха, как его учили в скаутском отряде. Нырнул — прочь от убийц и яркого, жадно пожирающего дерево пламени. Нырнул — можно сказать в никуда…
Посыльное судно Флота Его Величества — строилось по тому же проекту, что и адмиральский катер, просто отделка была на порядок хуже, об удобствах можно было забыть. Зато — здесь можно было перевезти два стандартных грузовых контейнера, а кроме того — посыльное судно имело вооружение — два пулемета Викерса, спаренный впереди и обычный на корме, все — с водяным охлаждением. Эти суда предназначены в боевом порядке для сбора моряков с утонувших судов, в мирное время — они прикомандированы к плавбазе флота и используются в ремонтных нуждах. Но сейчас — судно исполняло свою настоящую миссию, ту, из-за которой оно так и называлось. Его послали для того, чтобы срочно доставить в порт Карачи группу водолазов. Которые должны были срочно обследовать подводную часть авианосца Его Величества Гермес, который вечером, при маневрировании столкнулся с легким крейсером Шеффилд, за штурвалом которого стоял полный идиот. Как уже выяснили — праздновали день рождения первого помощника, и на штурвал поставили того, кто не мог отказаться — парня, у которого было всего два года выслуги. Вообще, авианосец крен не дал, и спешно посланная к месту удара трюмная команда доложила, что течи нет — но по правилам авианосец все равно надо было осмотреть из-под воды. Сейчас нет — а во время перехода ослабленные листы обшивки как разойдутся… И это во время перехода — а если в бою?
Главным среди водолазов был капитан Джулиус Мюррей-Крам, один из тех романтиков, которые являются в штаб и просят поставить их на наиболее ответственный и опасный участок. Опытный, профессиональный ныряльщик, приписанный к ремонтной базе и выполняющий то, что он собирался делать сейчас — осмотр и ремонт корпусов судов — он забросал Морских лордов меморандумами, в которых доказывал, что опытный и решительный водолаз может незаметно проникнуть в сильно охраняемую гавань и поставить заряд взрывчатки даже на корпус судна первого ранга. И тогда получится — что один человек может утопить целый линкор или даже авианосец. Лорды ничего не предпринимали — Их Лордствам казалось, что это абсурд и безумие.
