Не сильно заботясь об ответах, я выждал, позволив разведчикам скрыться вдали, и вышел оглядеться. Дозревающий закат подмешивал красных тонов, пуская последние лучи через вершины гор. Вдалеке за стволами на юго-востоке горел огонек. Задерживаться теперь здесь не следовало, но и убегать, не выяснив цели этих товарищей, мне не хотелось. И поскольку партизанство являлось самой слабой моей способностью, на роль шпиона был назначен ушастый. Найдя новое укрытие и отправив мелкого на дело, мне оставалось всего-то дожидаться исполнения порученных ему инструкций.
— Сэр, мы… — через несколько минут ожидания универсальный питомец прибежал с отчетом в виде записи переговоров каких-то правоохранительных органов. Нет, видеозаписи он не вел, хотя и моделировал образы проекцией. Все это целиком выглядело забавной пародией рассказов возле костра. Проверяя этакую функцию пересказа на практике, я мог отправлять его изучать разговоры и слухи в поселения, не прибегая к бесполезному маскараду.
— Ты уверен в том, что увидел? — голоса, воспроизводимые связками искусственного животного, лишь подражали первоисточнику, но вполне отличались особенностями. Чувствовалась нервозность хриплого баритона. — Если это окажется какой-нибудь дикий зверек… Ни инквизиция, ни тем более совет не обрадуется бестолковой суете! — напоминало типичного начальника-перестраховщика, который предпочитал отправлять только хорошие вести вышестоящим, нарушая объективность статистики.
— Было велено сообщать обо всем необычном. И тут, летит… Вроде на человека похож, а корпалы на него налетели. Разве ж они на людей нападают? Вот я и подумал, — так это двулапые грифоны. — Ну, сами поглядите! Кто может справиться со стаей склифов без пугачей? Головы всем начисто пообрубал и скрылся.
— Эм… это правда? — интересовался другой следопыт. — Поговаривают, сама верховная жрица пробудилась от вечного сна, — не иначе по мою душу вся эта шумиха.
— Последние дни в столице творится что-то неладное… — почувствовался разговор с самим собой. — Вас это не касается! — одумавшийся голос принялся командовать, — Отряд! Прочесать это направление! Заглядывать под каждый кустик! — рассредоточенные фигурки с факелами вряд ли успевали настичь меня, пока я слушал небольшое представление. Да и незаметными их назвать сложно. Пора валить…
Сейчас путешествие по воздуху сразу бы привлекло внимание, а пешком легко нарваться на каких-нибудь мутантов или тех же людей. Последним вариантом оставался метод передвижения белки-летяги. От ствола к стволу, немного позванивая обмундированием, но значительно опережая преследователей, я уже думал, что оторвался от них. Но откуда-то выскочила поджидавшая прыгучая тварь.
— Большая ошибка возвращаться в эти земли! — дурацкий металлический центурион. Пожеванный вид говорил не о лучших условиях хранения этой модели. Наверное, поблизости располагался еще функционирующий, но заброшенный и разоренный искателями бункер. — Ты ответишь за все, что натворил! — даже спрашивать не стоило. У таких поехавших, как генерал, я был виноват во всем с первого дня знакомства, а возможно, и с рождения.
Он вдавливал меня своим весом в сырую почву, оставив от моего пассажира в мешке мелкие крохи, даже не обратив на него внимания. Вот уж кому следовало ответить за содеянное! Не потребовалось много времени, чтобы разобрать этого болвана на куски бесполезного хлама. Магические камни в нем отсутствовали, и это позволяло применить разложение в полной мере.
Кот был раздавлен и извазюкан в какой-то жиже без признаков жизни. Вокруг его оголенного кристалла в груди что-то мельтешило, покрывая тонкими жилками раздробленные кусочки. Целая голова еще не обозначала, что его мыслительный процессор оставался в целости. Раз в год он все-таки переживал нечто подобное. А со мной ему предстояло попадать во множество переделок каждый день. Да и эту схватку нельзя считать оконченной.
Среди голой растительности в темноте, поблескивая мерцающими неисправными фарами, плелась проржавевшая армия железных зомби-центурионов. Из неисправных динамиков доносился неестественный треск и прерывистый рев слогов. Разбирать их на запчасти я не торопился, пока эти беспомощные хорошо отвлекали на себя другую команду. Интересно было другое — как они узнали? Прослушивая своих же подопечных? Не особо сложная технология. Какие-нибудь знаки отличия или обязательные предметы выполнили бы эту роль. Ну да ладно…
После недолгого перепрыгивания по деревьям я взмыл вверх, посчитав опасность быть замеченным позади. Уже совсем стемнело. Останки изувеченного покоились в сумке. Вдобавок я прибрал к рукам парочку осколков от развалившегося робота, авось помогут. И все же странно иметь такой объем возможностей и до сих пор скитаться, как преступник без штанов, боясь каждого угла. А если заявить о себе во всеуслышание? Те, кого я ищу, объявятся сами?
