Взревев, глядя на место где некоторое время назад была его левая рука, он потянулся правой к обидчику. Отскочив в сторону, Ишак завел руки за спину и что было сил, соединил их по направлению к голему. Послышался гул вперемешку с волной ветра и правая рука каменного демона развалилась в пыль.
Издав рев, от которого посыпалась с потолка пыль, существо понеслось на Ишака, сбивая его своим телом. Сгруппировавшись в падении, волшебник смог быстро встать на ноги и отскочить в сторону, когда демон пронесся мимо, намереваясь сбить его еще раз.
Использовав, вакуумную воронку, Ишак смог притянуть его немного к себе, чем самым добился того, что атронах потерял равновесие и грохнулся на землю, к ногам своего обидчика. Отпрыгнув на безопасное расстояние, чтобы голем его не достал, Ишак снова создал магический боевой топор и вогнал его в каменную голову. Следом, мертвый демон начал распадаться, превращаясь в пыль.
Убрав магию топора, Ишак опустился на землю, тяжело дыша.
- Ну, Лис, - вытирая пот сказал он, - не дай Бог, ты не сможешь вылечить Рагдона.
Встав на ноги, он достал из-под рубахи, небольшой мешочек с серебром. Высыпав все деньги себе в карман, он собрал в него магией воздуха, оставшуюся от голема пыль и удвоив все свои чувства, прислушался к звукам в пещере. К счастью не ощутив больше опасности, Ишак собирался уже возвращаться, когда вспомнил, что тут осталась еще Сиреневая жила. И не то, чтобы ему очень уж хотелось принести ее Лису, просто, Ишаку не хотелось, чтобы тут появилась еще какая-нибудь подобная дрянь.
Перейдя на легкий бег, он быстро достиг того места, где на потолке рос куст Сиреневой жилы. От его красных листов исходило лиловое свечение, а ягода, напоминающая сливу, была черна и из нее сочился переспевший сок.
Плавным движение рук, Ишак с помощью магии собрал все ягоды в заготовленный мешочек и сделав резкое горизонтальное движение у себя над головой, срубил его на землю, после чего поджег.
Дождавшись, пока растение догорит, он не задерживаясь поспешил обратно…
Зелье, что варилось в котелке, доходило до точки кипения. Скоро, я должен буду бросить в него сердечную жилу суккуба, отчего жидкость должна принять черный цвет и простоять еще какое-то время на огне, остывая. Да-да, именно простоять на огне, остывая. Все дело в том, что суккубы рождены в огне, и чтобы нагреть ее орган или ее саму, нужно пламя волшебников Сферы огня, или кузница гномов. Любое другое пламя, неспособно дать такой градус, чтобы нагреть существо, рождённое в огне. Поэтому, как только я закину сердечную жилу, зелье начнет остывать, а мне нужно будет следить, чтобы оно не превратилось в ледяную жижу. Идеально приготовленное зелье должно быть слегка теплым.
Ишак залетел ко мне в шатер как раз вовремя. Я даже не обернулся поприветствовать его, так как кроме него никто больше войти бы не сумел.
- Как дела? – спросил я глядя в котелок и протягивая в его сторону раскрытую ладонь. – Принес то, зачем пошел?
- Смотря что тебе надо, - буркнул Ишак, и я почувствовал увесистый мешочек у себя на ладони.
Развязав его, я посмотрел содержимое.
- Что это такое? – спросил я, доставая щепотку серебристого порошка.
- Там не было суккуба, - ответил Ишак. – Там был Каменный атронах.
Такого я не ожила. Посмотрев на Ишака широко открытыми глазами, я увидел, что в другой руке он держит еще один мешочек.
- А там у тебя что? – спросил я.
- Тебе даже не интересно убил ли я его? – ответил Ишак.
- Я и так вижу, что убил Иш! – повысил я голос и тут же спохватившись, перевел взгляд на котелок. Времени не осталось совсем. – Ты принес сердце?
- Так значит, все-таки тебе нужно был сер…
- Ты принес сердце? – перебил я его.
- Нет, - опешил от моего крика Ишак.
- О бездна тебе подери! – выругался я и быстро нырнул под кровать. Дотянувшись до продолговатой коробочки, я схватил ее и раскрыв, достал целое сердце суккуба.
- Падшая твоя душа, демон ты бесплодный… - начал Ишак, глядя на сердце…
- Рот закрыл! – вложив как можно больше отцовского говора, сказал я, - у меня есть не только сердце Суккуба, но и еще много того, чего ты не знаешь! – отрезав небольшую трубку, соединяющую верхнюю и нижнюю часть, я бросил ее в котелок. И на то время, что она погружалась в кипящее зелье, я забыл как дышать надеясь, что зелье примет черный цвет.
- Что-то не так? – спросил Ишак.
В следующее мгновение, зелье из бледно-розового стало жгуче-черного цвета, и я смог с облегчением выдохнуть.
- Все в порядке. – Ответил я и повернувшись к Ишаку, посмотрел на него тем самым взглядом, которым меня одаривал отец, перед поркой.