Опасность миновала. Более того, встреча с неприятелем принесла ощутимую выгоду. В одном кармане у Потапа лежали визитки вильнюсских партнеров, в другом — пачка хрустящих доич-марок, но на сердце лежал камень. Это был камень зависти. Потап завидовал. Он не мог взять в толк, каким образом случайные прохожие за один день, без всякой подготовки, едва не утащили у него из-под носа сокровище, которым чекист пытается овладеть вот уже третий месяц, прибегая к самым замысловатым комбинациям и ухищрениям.
Когда красные огни машин растворились в темноте, Мамай посмотрел на друга.
— Учись, Гена, — сказал он без видимой радости, — заработал пятьсот сорок марок на ровном месте. Но я не плагиатор. Держи двадцатку за идею. И еще двести пятьдесят. Это мой свадебный подарок. Остальное пойдет в дело, на предвыборную кампанию. Надо как-то моих олухов в депутаты устраивать. Эх!.. Отчего мне так грустно? В последнее время мне кажется, что меня преследует синдром Цапа. А ты сам-то как думаешь, есть он, этот золотой вождь революции?
— Ест, — убежденно произнес Тамасген.
— Что ж, посмотрим, — вздохнул председатель. — Недолго осталось. Пойдем.
Эфиоп не двинулся.
— Ты чего? — спросил Потап.
Африканец молчал, устремив просительный взгляд в сторону женского общежития, где на втором этаже, в третьем окне слева горел зовущий оранжевый свет.
— Кому — что, а курице — просо, — нахмурился бригадир.
— Я пойду? — робко попросил Гена.
— Проваливай, сивый мерин.
Не успели приятели распрощаться, как за кустами послышались чьи-то торопливые шаги. Заросли зашевелились, и на тропинку, словно заяц, выскочил взъерошенный гражданин. Он затравленно огляделся по сторонам, решая, куда бы побежать, и, хорошо освещенный луной, бросился прямо на старателей. По шустрым повадкам и затяжным прыжкам в нем легко можно было узнать Пиптика. Чтобы предупредить неминуемое столкновение, чекист свистнул — танцор затормозил на расстоянии одного шага от них.
— Здрасьте! — пискнул он, узнав начальство.
— Ты как здесь? — быстро спросил председатель.
— В данных обстоятельствах это неважно, — отмахнулся Иоан и часто задышал. — Как хорошо, что вы здесь! Я как раз хотел вам сказать… Я, правда, очень спешу, но я скажу. Я женюсь!
— О, еще один. У нас что, месячник повышения рождаемости? Ну, поздравляю.
— Спасибо, спасибо… А вы случайно тут мою невесту не видели?
— Нe видели. А что, потерял? Ты ее ищешь? Здесь?
— Это она меня ищет.
— Зачем?
— Ну как — зачем! — нетерпеливо дернул плечами Пиптик. — Чтоб жениться!
