А еще было несколько звонков отца, грозившего явиться самостоятельно, если они с Алисой не идут знакомиться. В конце концов, пришлось уступить – принимать семейство в их самом лучшем на свете разукрашенном краской жилье не представлялось возможным. Во всяком случае, пока все не будет готово. Алиса испугалась. И всю дорогу до дома отца Илья всерьез раздумывал над тем, что ему с ней делать, если она решит сбежать. Хотя последнее представлялось маловероятным, поскольку она всерьез готовилась к этой их первой встрече. Купила новое платье – из тонкой шерсти темно-зеленого цвета с принтом из небольших желто-оранжевых полураскрывшихся бутонов с резными лепестками по подолу широкой юбки. Волосы собрала в низкий хвост с вплетенной французской косой. И едва ли не впервые за время их общения сделала неброский макияж.
Пока ехали за город, Алиса почти ничего не говорила, глядя в окно и не прислушиваясь к редким замечаниям о погоде, состоянии дорог и прошлом выпуске «Документального детектива», которыми обменивались таксист с Ильей.
И только когда они стояли на крыльце огромного двухэтажного особняка с подъездной аллеей и японским парком, услыхав протяжный звук звонка, глухо отражавшийся внутри дома, Алиса крепко сжала ладонь Ильи и сделала глубокий вдох.
- Не дрейфь, - успел шепнуть он ей, прежде чем дверь открылась, и домработница весело поприветствовала обоих, с любопытством рассматривая хозяйского сына и его девушку. Они зашли в дом. И Макаров поинтересовался: - Бруновна, нам на экзекуцию куда проходить?
- В большую гостиную, - ответила прислуга и растворилась в направлении кухни.
Илья быстро глянул на Алису. Почему-то стало жалко ее, но он отдавал себе отчет в том, что рано или поздно пришлось бы.
- Ты только не дрожи, - проговорил он. – Они обыкновенные.
- Я понимаю, - шепнула она, раздеваясь. – Я в порядке, правда.
И старалась сама поверить в это. Получалось, наверное, плохо. Потому что Илья тоже не особо на что-то рассчитывал. Зная собственных родителей, трудно надеяться.
Стол был накрыт. Отец в вязаной крупными косами бежевой кофте и в очках сидел у камина, бросив на колени газету, но явно ее не читая. Мать стояла у окна, сцепив ладони. По всей видимости, их приход прервал разговор между ними. Илья мягко пожал Алькины пальцы и весело сообщил:
- А вот и мы. Ма, па, это Алиса.
- Добрый вечер, молодые люди, - бодро поздоровался Макаров-старший и поднялся им навстречу. – Добро пожаловать.
- Валентина Павловна, - не самым оживленным тоном представилась мама. Вид у нее и правда был кислый.
- Здравствуйте, приятно познакомиться, - умудрилась проговорить без запинки Алиса.
Лицо Валентины Павловны озарила условная улыбка, вероятно, означавшая: «а нам-то как приятно». Папа выглядел чуть более радушно. Даже можно сказать, добродушно. Но всякую видимость напрочь убила его следующая реплика:
- Так вот, кто у нас сына похитил. У вас хоть паспорт есть, похитительница?
- В тюрьму меня за нее не посадят, - рассмеялся Илья, - можешь не переживать.
- Молчи, растлитель! – в тон ему выдал Евгений Степанович. – Так что вы, Алиса? Учитесь? Работаете?
Она переводила растерянный взгляд с отца на сына.
- Работаю. И хожу на подготовительные курсы.
- Алиса ко мне поступать собирается, - поспешил вставить Илья. – На эконом.
- А этот год что? Решили погулять на воле? – продолжал допрос отец.
- Или надеялись устроиться без лишних усилий? – поинтересовалась, в свою очередь, Валентина Павловна.
- Я поступала, но не прошла, - сохраняя спокойствие, объяснила Алиса.
- Прискорбно! – расплылся в улыбке Евгений Степанович.
- Вы нас будете голодом морить? – поинтересовался Макаров-младший, по всей видимости, пытавшийся хотя бы временно приостановить разворачивающееся избиение и перевести дыхание. И все еще надеявшийся, что обойдется.
- Вы знаете, Алиса, Илья всегда особенно разборчив. В еде, - сообщила мама, приглашая всех к столу. – Хотя и отличается отменным аппетитом.
Не представляя, что можно сказать в ответ, Алиса промолчала. Теперь она смотрела на мать и сына, отмечая их схожесть. Светловолосые, сероглазые, статные. Валентина Павловна неожиданно оказалась высокой женщиной, что отнюдь ее не портило – женственность присутствовала в каждом ее жесте, движении, продуманном до мелочей «домашнем» облике. Ее мохеровый свитер сочетался по тону с кофтой мужа, а единственным украшением было широкое обручальное кольцо.
- Алиса в курсе, какой у меня аппетит, - улыбнулся Илья.
- Кормите нашего оболтуса? – приподняв бровь, влез отец.
- Он же не котенок… - удивленно пробормотала Алиса.
Валентина Павловна негромко хмыкнула.
- Если попросите, Маргарита Бруновна выдаст вам рецепт его любимого салата, - продолжал Макаров-старший как ни в чем не бывало.
- Если это возможно, - попыталась исправиться Алиса.
- Разумеется, возможно. Вы-то сами что стесняетесь? Илья, ухаживай за дамами.
