Гурин хищно улыбнулся. В этом доме недавно находился мальчик, которого они искали, и Гурин позволил не церемониться с хозяевами. Прежде, когда людей нужно было расположить к себе, Гурин посылал для разговора одного Булоха или шел на это сам. Камень и Шрам, спешившись и взяв под уздцы лошадей, оставались в стороне, вне поля зрения заискивающих хозяев.
Теперь ситуация иная. Добросовестные соседи поведали не только о том, кого вылечил мальчик, но и что его проводили до выхода из деревни. Значит, хозяева дома знают, куда мальчик двинулся дальше. Гурин знал, что за деревней развилка, ведущая в разных направлениях к двум городам, и не желал ошибаться, теряя время. Лучше сразу сыграть на страхе перед властью, нежели позволить крестьянам проявить благородство и указать не то направление.
Булох постучал еще раз, и за дверью послышалась возня.
– Открывай! – заорал Камень. – Именем Правителя!
– И поскорее, – сказал Шрам.
Дверь распахнулась. На пороге показался старик. Он собирался приветствовать гвардейцев, но Булох перебил его:
– Старик, у тебя был мальчик, который лечит людей. Этот мальчик нам нужен. Нужен Правителю. Мы знаем, что кто-то из твоих домашних проводил его из деревни. Куда он пошел?
Старик, растерявшись, молчал. Камень навис над ним.
– Говори!
– Ты немой? – крикнул Булох.
Гурин подумал, что нажима достаточно – к кнуту нужен пряник. Он шагнул вперед, и гвардейцы расступились. Старик посмотрел на Гурина.
– Успокойся, – сказал тот. – Мы не сделаем мальчику ничего плохого. Ему угрожает опасность. Мы хотим спасти его. Куда он пошел?
Старик расслабился.
– Его проводил мой старший сын. Я не знаю, в какую сторону пошел мальчик.
– Где сын? – спросил Булох.
Старик повел рукой.
– Работает. В поле.
– Так позови его, ты, старый пень!
Когда перед гвардейцами предстал молодой мужчина с крупными грязными руками и недоверчивыми взглядом, Гурин мягко обратился к нему:
– Во имя Правителя, ты проводишь нас из деревни и покажешь, куда повернул мальчик. Сейчас.
Сын старика ничего не сказал, только посмотрел на отца, и Гурин не смог понять этот взгляд. Старик подтолкнул его, и мужчина пошел к выходу из деревни. Когда последние дома остались позади, появилась широкая развилка.
Молчаливый проводник остановился. Шрам, не слезавший с коня, навис над ним.
– Куда? – спросил он.
Молодой крестьянин молчал, и Гурину показалось, что тот сейчас скажет, что не знает.
– Мы спешим! – крикнул Булох. – Говори!
Крестьянин вытянул руку на северо-восток, в сторону Анохры.
– Туда.
Шрам и Камень, позабыв про крестьянина, пришпорили коней, но Гурин не тронулся с места, им пришлось остановиться.
– Уверен? – спросил Гурин.
Крестьянин выглядел подавленным, недовольным.
– Да. Мальчик пошел туда.
Гурин заглянул ему в глаза.
– Надеюсь, ты понимаешь: все, что происходит во благо Правителя, происходит во благо Всех Заселенных Земель? И обманывать Правителя – все равно, что обманывать самого себя? Уверен, что не ошибся?
Крестьянин пожал плечами.
– Не знаю, куда мальчик хотел пойти, но я сам видел, как он двинулся по этой развилке.
Гурин пришпорил коня, и трое гвардейцев поспешили следом.
Комендант Анохры, тучный лысеющий мужчина в светло-зеленом плаще, кружил вокруг сидящего в кресле Гурина, и промокал лоб громадным платком. Это продолжалось почти полчаса, и коменданту все сильнее казалось, что щепетильная ситуация не разрешится никогда.
Четверка из личной гвардии Правителя появилась в городе на рассвете. Их черные кони напоминали хищных птиц, ворвавшихся в человеческое поселение. Комендант знал, что Правителю понадобился какой-то мальчик, но относительно его пребывания в Анохре не было никаких сведений.
Главный из четверки по имени Гурин отреагировал на это равнодушно. Услав последнего из своих людей, светловолосого гиганта с неприятным лицом, он расположился в покоях коменданта. Комендант засуетился возле высокого гостя, но тот даже не пытался поддержать беседу. Он плотно поел и откинулся в широком мягком кресле, вынудив коменданта замолчать. Гурин не спешил его успокоить, хотя все больше склонялся к мнению, что крестьянин, направивший их сюда, солгал.
На пути к городу лежала всего одна деревенька, и после тщетных поисков Гурин предположил, что мальчик нигде в этих краях не останавливался.
Пока Гурин в полудреме сидел у коменданта, его гвардейцы останавливали прохожих, заходили в дома, в торговые лавки. Гурин ждал, чувствуя, каков будет ответ. На поиски он отвел ограниченное время.
Доложили, что гвардейцы вернулись, вошел Булох.
– Что? – спросил Гурин.
Булох пожал плечами.
– Никаких следов. По-моему, его тут не было.
Гурин посмотрел на коменданта. Тот неуверенно встретил этот взгляд.
– Прикажите накормить их, – Гурин посмотрел на Булоха. – Только быстро.
Когда комендант вернулся к Гурину, улыбающийся, готовый клясться в преданности и любви к Правителю, гвардеец сказал:
– Сделай доброе дело.
Комендант закивал.
– Мы оказались в Анохре из-за одной крестьянской семьи, неправильно указавшей нам путь. Думаю, они нарочно послали нас не в ту сторону.
Гурин посмотрел коменданту в глаза.
