Крестовый поход сулил приключения и наживу, возможность бежать от домашней рутины, а кроме того, предполагал удаление тысяч воинственных рыцарей-разбойников из Европы. Однако современный взгляд, популярности которого способствовали голливудские фильмы и ответная реакция общества на катастрофу иракской войны 2003 года, — взгляд, согласно которому целью крестоносцев было лишь обогащение и удовлетворение садистских наклонностей, — совершенно неверен. Лишь горстка высокопоставленных дворян приобрела новые владения в результате крестовых походов, очень немногим крестоносцам удалось сделать блистательную карьеру, тогда как цена оказалась страшной: многие жизни и состояния были погублены в ходе этих романтических кампаний, полных риска и набожности. Современному человеку трудно понять главный побудительный мотив людей того времени: христианам была предложена возможность заработать искупление всех своих грехов. Иными словами, те воины-паломники были прежде всего верующими, искавшими спасения на стенах Иерусалима.
Толпы верующих в Клермоне ответили папе: «
Византийский император Алексей Комнин, скорее встревоженный, чем обрадованный прибытием этих головорезов-латинян, поспешил направить их в Иерусалим. В Анатолии толпы европейских крестьян впервые столкнулись с турками и были перебиты, но организованные, целеустремленные и опытные рыцари основных крестоносных армий сумели пройти сельджуков. Вся эта кампания демонстрировала победу веры над опытом и здравым смыслом: с самого начала крестоносцы руководствовались и вдохновлялись знамениями, божественными и ангельскими видениями и священными знаками, которым придавалось не меньшее значение, чем военной тактике. Их вера в собственное святое дело и предзнаменования, встречавшиеся на пути, только крепла по мере приближения к Святой земле. К счастью для христиан, регион, в который они вторглись, раздирали распри между враждовавшими друг с другом халифами, султанами и эмирами, тюрками и арабами — и все они ставили победу над собственными соперниками выше любой идеи какой-то там исламской солидарности.
Падение Антиохии стало первым реальным успехом крестоносцев, но затем они сами оказались осаждены в стенах захваченного города. Начался голод, положение казалось безнадежным, и Первый крестовый поход чуть не закончился, едва начавшись. Но посреди всеобщего уныния некоему Петру Варфоломею — одному из людей графа Раймунда — случилось видение: будто бы под одной из церквей города лежит Святое копье, которым некогда римский сотник пронзил грудь распятого Христа. Граф со своими людьми принялся копать в указанном месте и действительно нашел там копье. Эта находка воодушевила воинов. А когда Петра Варфоломея обвинили в обмане, его решено было подвергнуть «суду Божию» — суровому испытанию огнем. Петр стоически перенес его, пройдя девять шагов по раскаленным докрасна кускам железа, и объявил, что даже не почувствовал боли. Однако через двенадцать дней он умер.
Крестоносцы удержали Антиохию и двинулись на юг. Тюркские и фатимидские эмиры Триполи, Кесарии и Акры предпочли договориться с христианами. Фатимиды оставили Яффо, и крестоносцы двинулись от побережья вглубь страны, к Иерусалиму. Когда их отряды подступили к стенам города, некий отшельник на Масличной горе, вдохновленный видением, посоветовал командирам христиан атаковать город немедленно. 13 июня крестоносцы попытались взять стены приступом, но понесли тяжелые потери и были отброшены защитниками Святого города. Предводители Христова воинства осознали, что им следует более тщательно продумать и спланировать атаку, а также запастись как можно большим количеством штурмовых лестниц, метательных машин и других осадных орудий. Дерева для их строительства не хватало, однако крестоносцам опять улыбнулась удача. 17 июня в Яффо прибыли генуэзские корабли. Их разобрали, а доски и брусья отправили в Иерусалим, где из них были построены большие колесные осадные башни, оснащенные метательными машинами.
