За разговорами они доехали до кладбища Гиват Шауль. Виктор припарковал машину и взял бабушку под руку. В зал прощаний стали собираться люди. Подъехали родители Юлии Борис Петрович и Лина Моисеевна. Появились отец и мать Виктора. Все подходили к Наталье Иосифовне и выражали соболезнование.
— Михаэль не успевает, — сказал Илья. — Его база далеко на юге.
— Он приедет на шиву, — произнесла Юлия. — Мы хотим, чтобы она состоялась у нас. Но Наталья Иосифовна не соглашается. Говорит, что помянуть Фаину придёт половина хостела.
— Мама права, Юлия. А вот и Юра с женой и детьми.
Красивый мужчина в кипе вошёл в зал в сопровождении моложавой женщины и двоих сыновей. Братья обнялись. К ним подошёл одетый в чёрный костюм раввин из Хевра кадиша и сказал, что Фаину привезли и нужно начинать церемонию. Илья кивнул и вместе с Юрой пошёл за раввином. Окутанное в саван тело вынести и положили на бетонную стойку.
Раввин заученно произнёс молитву:
«Прими же по великой милости Твоей душу Фаины, которая приобщилась к своему народу, — сказал он, покачиваясь, словно пламя свечи. — Пощади и помилуй её, прости и извини все её проступки, ибо нет человека столь праведного на земле, который делал бы только добро и не грешил. Помяни ей её благие дела, которые она совершала…».
Потом Юра прочитал Кадиш.
Вереница машин вслед за микроавтобусом, где находилось тело Фаины, двинулась по дорогам кладбища к участку, где уже была выкопана могила. Работники Хевра кадиша умело уложили на дно покрытое саваном тело и закрыли его бетонными плитками. Все бросили в могилу горсть земли. Наталья Иосифовна зарыдала. Борис Петрович и Семён Эмильевич держали её под руки. Виктор взял лопату и долго бросал землю в могилу, пока его не остановил отец. Он не мог знать, что душа Фаины уже витает над Иерусалимом, благословляя всех любимых ею людей.
Нелегко давалась Виктору разлука с Ирис. Какое-то время он хотел с кем-то познакомиться. В его компании работали девушки, которые с интересом посматривали на красивого и успешного мужчину. Только пожелай и они не отказались бы стать его подругами и делить с ним ложе. Но сравнение со сводной сестрой не играло в пользу тех, с кем он пытался сойтись. Он принял решение не торопиться и временно отказаться от встреч и знакомств, полагаясь на его величество случай. Ариэль был увлечён Симой, больше жил у неё, и в их съёмной квартире в Бейт-ха-Кереме появлялся редко. Виктор засиживался до позднего вечера, смотря записанные на диски фильмы, или читая классику. По четвергам он, бывало, заезжал в Писгат Зеев, чтобы повезти бабушку Наталью и дедушку Семёна на бесплатный концерт в Иерусалимский театр. Наталья Иосифовна была профессиональным преподавателем фортепиано. Воспитывая внука, она сумела ненавязчиво заинтересовать его музыкой. Она брала его с собой на концерты филармонического оркестра Зубина Меты, на рециталы Евгения Кисина. И сегодня Виктор оставался с ней и дедом в зале Генри Крауна. А после концерта на обратном пути с удовольствием выслушивал мнение бабушки и удивлялся её особому пониманию музыки.
По выходным дням он наведывался к родителям в Мевасерет. Иногда с военной базы в Негеве приезжал Михаэль. Им было о чём поговорить. Юлия целовала сыновей и уходила на кухню. Илья наливал им понемногу виски и расспрашивал младшего о службе. Мама накрывала на стол, и все усаживались в гостиной.
В марте Ариэль появился с Симой в их квартире в Бейт-ха-Керем. Они прекрасно выглядели и не упускали любой возможности поцеловаться. Они, несомненно, любили друг друга. Ариэль даже не скрывал, что Сима в положении. Но в первое время распознать это могут только самые близкие люди.
— У нас через два месяца свадьба, — сообщил Ариэль.
Он протянул ему открытку с красивым приглашением на свадьбу.
— Здорово, ребята. Обязательно буду.
Он открыл приглашение и прочёл название места.
— Хорошо придумали. Эйн Яэль красивое место и на природе.
— Я звонил Дорону. Он прикатит со своей дамой.
— Классно. Мы с ним давно не виделись.
— Мы приготовили тебе сюрприз, — улыбнулась Сима. — Надеюсь, тебе он понравится.
— Ты же психолог, плохого мне не предложишь, — произнёс Виктор.