Она давно уже не испытывала неловкости, приводя мужчин в свою небогатую квартиру, нуждавшуюся в ремонте. На первый взгляд мило: картинки на стенах, вышитые салфеточки, вазочки с бессмертниками, диван, накрытый турецким покрывалом с картинкой царя пустыни, рыжего льва с добродушной мордой, стекло в серванте, искусственное дерево в керамическом горшке на полу. А если присмотреться, то можно заметить трещины на потолке и желтоватые разводы на стенах. Но кто там будет присматриваться! Тем более что все это бедное великолепие маскировала мутноватым светом люстра с красными плафонами в виде колокольчиков.
Мужчина снял куртку и теперь держал ее в руках.
— Проходите в залу, садитесь! Я сейчас! — Женщина побежала в кухню. Налила воды в электрочайник, щелкнула кнопкой.
— Как тебя зовут? — спросил мужчина с порога кухни. Он не пошел в «залу», а последовал за ней.
— Тамара. А тебя? — Она тоже перешла на «ты».
— Артем. Помочь?
— Не надо, я сама. Мясо будешь?
— А ты?
— Буду! Голодная как волк. И замерзла. Сейчас чайку покрепче! Вина хочешь?
— Можно. Ты живешь одна?
— Одна. Тетка умерла два года назад. Квартира, конечно, не ахти, но спасибо и на том. Зарплата у меня — кот наплакал.
— А где ты работаешь?
— В мастерской по ремонту электротехники, на базаре.
— Ремонтируешь?
— Я? — Она рассмеялась. — Нет. Приемщицей.
Гость смотрел на нее с улыбкой; женщина порозовела и сказала:
— Трудно, конечно, приходится крутиться…
Она не закончила фразы, но этого и не требовалось. Понятно и так. Жить-то надо.
Она накрыла клетчатой скатертью журнальный столик; расставила тарелки и бокалы. Поставила тарелку с мясом и сыром; принесла бутылку красного и штопор.
— Хлеб забыла! Открой вино пока. Я сейчас. — Она снова выбежала из комнаты.
…— За знакомство! — мужчина поднял бокал, с улыбкой глядя на хозяйку. — Красное как кровь! Сладкое как кровь…
— За знакомство! — повторила женщина, поднимая бокал…
Как можно было не проверить камеры у дома! Теряете нюх, господин частный детектив. Приняли априори версию самоубийства? С подачи Елены Федоровны и безутешного вдовца?
— Разумеется, Александр, можете посмотреть записи, — сказала Елена Федоровна, и в ее ровном голосе Шибаеву послышался упрек. Он почувствовал себя школяром, прогулявшим урок. — Когда вам удобно?
В ночь второго августа, когда умерла Инга, камера у входной двери не зафиксировала ровным счетом ничего. Никто не проникал в дом, а следовательно, не ходил там, пугая Ингу игрой на пианино. После бутылки вина и горсти снотворного может и не то послышаться. Ни в эту ночь, ни до этого посторонних в доме не было. Правда, оказалось, что имеется еще задняя дверь…
— Ею никогда не пользуются, — заметила Елена Федоровна. — Она всегда закрыта. Вы думаете…
— А где ключи?
— В ящике буфета на кухне.
— Сколько комплектов всего?
— Даже не знаю. У Инги был, у меня и у Володи, у домработницы Виты. Возможно, есть еще. Нужно спросить у Володи. Вы с ним говорили?
— Говорил. Но о ключах не спрашивал.
— Он считает меня старой дурой? — неожиданно спросила Елена Федоровна. — Он не одобряет вас.
— Ну что вы! — вырвалось у Шибаева. — Он просто сказал, что не понимает зачем.
— Вы ему объяснили? — Она смотрела на него с усмешкой.
— Объяснил.
— Как? Сказали, что эта старая дура чувствует себя виновной, да?
Шибаев пожал плечами.
— Домработница вернула ключи, когда уходила?
— Вернула. Она уходила при мне. Инга уехала в город, Володя был в Зареченске. Мы выпили кофе. Мне было очень неловко. Вита прекрасно держалась… Просто удивительно: ни горечи, ни раздражения. Она очень умна. Я бы даже сказала, мудра. Она не чувствовала себя униженной. Какая-то восточная выдержка, честное слово… Знаете, есть такая арабская пословица: пусть Аллах даст мне сил принять то, что я не могу исправить. Она приняла эту гадкую ситуацию с достоинством и даже… Вы не поверите! Она меня утешала! Удивительная девушка.
Елена Федоровна разволновалась, на скулах появились красные пятна. Шибаев подумал, что их мнения о Виктории совпадают…
— Значит, на пленке ничего нет? Насчет шагов и игры на пианино — фантазии?
— Сейчас досмотрим. Двадцать шестого июля у вашей сестры были гости…
— Вы хотите установить, кто у нее был?
— Нет. Я знаю, кто был. Светлана Решетникова, одна из тех, кто была, показала, что в тот день сюда приходил газовщик. Якобы в районе была утечка газа, и он пришел проверить. Я хочу его увидеть.
— Первый раз слышу!
— Приход мастера — не такое уж событие… Вот он!
Шибаев остановил просмотр. На экране они увидели слегка размытую картинку: невысокий парень, стоящий на крыльце. В синем комбинезоне и бейсболке; правая рука вытянута — звонит в дверь…
— Никого не напоминает? — Вопрос на всякий случай — вряд ли, конечно. На положительный ответ Шибаев не рассчитывал, но спросить все равно надо. Детектив — тот же золотоискатель, терпеливо просеивающий горы песка в надежде на золотую песчинку. Он не ошибся.
Елена Федоровна присмотрелась.
— Неясное изображение. Не думаю, что я его когда-нибудь видела.
