Он наклонился над лежащим Шибаевым. Тот почувствовал слабый запах его лосьона и задержал дыхание. Мужчина приподнял Шибаева, усадил, подложив ему под спину подушку. Снова сел в кресло напротив. Шибаев обвел взглядом комнату, где они находились. Неяркий свет трех боковых светильников, задернутые темные шторы, справа от окна — до потолка полки, уставленные… Он попытался рассмотреть, что там, и с удивлением понял, что это фигурки людей. Глянцевитых, из майолики, деревянных, тряпичных в яркой одежде, фарфоровых…
— Удобно? — Собеседник проследил взгляд Шибаева. — Это моя коллекция кукол со всех уголков мира, маленькая слабость, так сказать. В изображениях и копиях человека есть что-то мистическое, вы не находите? Недаром некоторые религии их запрещают. Они всегда со мной, даже в разъездах. Вам уже лучше? Может, чаю или кофе?
— Воды. — Шибаев облизал сухие губы. — Что вам нужно?
— Сейчас! — Валентин Петрович легко поднялся и вышел из комнаты. Он вернулся через несколько минут с большой керамической чашкой. — Пожалуйста!
Шибаев попытался протянуть руку, и, к его облегчению, рука повиновалась. Он стал жадно пить. Мужчина внимательно наблюдал.
— Почему вы решили, что я убийца? Интересен ход вашей мысли. Ваша логика. У вас есть доказательства?
— Доказательств нет, — Шибаев произнес фразу почти членораздельно. — Это даже не версия, а так. У несколько ваших слушателей умерли жены…
— Их убили?
— Убили хозяйку кафе «Бонжур». Еще одну сбила машина. Остальные… просто умерли.
— От чего же они умерли?
— Причины разные.
— И вы решили, что убиваю их я?
Шибаев молчал, думал.
— Нет, — сказал после паузы. — Не прямо. Вы внушаете им мысли… мужьям… о том, что нужно переступать через проблемы…
Он снова облизнул губы.
— То есть вы хотите сказать, что они убивают жен после моих сеансов? Вы в это верите? — Валентин Петрович усмехнулся.
— А как еще объяснить, что умерли пять женщин, а их мужья посещали…
— А вы не подсчитали, у скольких непосещавших умерли жены? Люди, как вам известно, смертны. Отчего же они умерли?
— Одна после отдыха в Тунисе, другая после пластической операции…
Валентин Петрович развел руками.
— И вы считаете, это были убийства? — в его тоне слышалась насмешка.
Шибаев молчал. Его подташнивало, мысль ускользала.
— Не считаю… уже. Доктор Лемберг, психиатр, сказал, это невозможно… Я консультировался.
— Доктор Лемберг? Не слышал о таком. Он так сказал? Ну, вот видите. А откуда вам известно, что они были на моих сеансах? Я не веду учета, я не знаю их имен. Я ничего о них не знаю. Честное слово. Как вы вообще додумались до этого? Вы частный детектив, вы не полиция… Вас кто-то нанял?
— Умерла Инга Борисенко, и ее сестра попросила разобраться…
— Почему? Она была убита?
— Нет. Возможно, ее запугали, и она…
— Самоубийство?
— Как версия.
— Ее муж посещал мои сеансы?
— Я не знаю. Возможно. У нее в спальне нашли тряпичную куклу с булавками…
— Куклу? — Валентин Петрович усмехнулся, словно услышал что-то забавное. — Магия? вуду? Вы знаете, откуда она?
— Нет.
— Вы до сих пор занимаетесь этим делом?
— Нет, они отказались от моих услуг.
— А эта кукла… Были другие?
— Была. В кафе «Бонжур».
— Это там, где убили хозяйку?
— Да.
— Как вы узнали про куклу? Вы имеете отношение к следствию?
— Нет. Случайно.
— По-вашему, убийство и кукла как-то связаны?
— Не знаю.
— Две куклы… Или больше?
— Я знаю только о двух, — соврал Шибаев, с облегчением чувствуя, что выскальзывает из-под чар экстрасенса и способен сопротивляться.
— Только о двух?
— Только о двух.
— Понятно… — Валентин Петрович испытующе смотрел на Шибаева. — Две смерти, две куклы. Что-то подсказывает мне, что эти две женщины не были праведницами…
— Сколько я здесь?
— Недолго. Пару часов всего. Мы поговорим, и вы уйдете. Вы не в лучшей форме, что с вами случилось? Вас пытались убить? Кто?
— Не знаю.
— Может, соперник? Вы увели у него женщину, он решил вас проучить… — В голосе его Шибаеву почудилась насмешка. Он промолчал.
— Послушайте, а убийство человека в элитном кооперативе! Позавчера, кажется? Видел в новостях. Вы что-нибудь об этом знаете?
— То же, что и вы. Работает следователь… должно быть. Я уверен, там была камера видеонаблюдения, разыскать его — дело времени. Тот человек жив, в реанимации.
— Жив? — удивился Валентин Петрович. — Я был уверен… — Он замолчал. — У вас есть контакты с бывшими коллегами? — спросил после паузы.
— Нет.
