— Тут одно из трех, или мы не всех зачистили, — пожал плечами Зубр, — или когда территория перешла на следующий ранг сложности, для полной зачистки надо сделать нечто большее, чем просто убить всех мертвяков, например уничтожить ту аномалию, — он кивнул на заросшее шарами здание, а может она, вообще, не будет переходить на следующий ранг. Чёрт его знает, как тут всё устроено.
— Это да и даже не знаешь, какой вопрос первым задать этому долбаному информационному центру: для чего можно использовать обычные наноботы или для чего нужны технические, что за ранги локаций и сколько их всего, для чего вообще это игра, что за призы, какой финал всего этого безобразия, что нужно чтобы победить и не попутал ли берега урод, устроивший всю эту гнусь?
— Все проще, просто мы ещё не всех добили: вон тот смотри ещё один шевелится.
— Да, и, кажется, этот в самом деле последний, мы сделали полный круг, вернувшись туда откуда начинали.
— Мы ещё около ворот у КПП не были, но ты прав, похоже это последний.
Мы двумя ударами угомонили подрагивающие тело и уже полезли за шприцами, чтобы закончить эту крайнюю отвратительную работу, когда нам пришло новое сообщение:
Мы устало разогнулись и с недоумением переглянулись друг с другом:
— Это что ещё за хрень? Тебе тоже сообщение пришло?
— Об уровне и рейтинге, да. И что это за шоу такое?
Ответ пришёл от информационного центра.
— Что, — удивился я, — убийств? Посмотреть? Хорошо давай посмотрим.
Я ожидал, что у меня перед глазами развернётся экран, как при обычной телефонной связи, но получилось всё немного по-другому: небосклон над нами вдруг потемнел и на нём появилась расплывчатое пятно экрана, быстро растянувшегося от горизонта и до горизонта. Уже одно это нас заворожило, как старая кобра новорожденного мышонка, заставив нас замереть и смотреть на небо, раскрыв рот.
Миг и на нём появилась надпись буквами, бурлящими неистовым огнем:
На экране отобразился широкий проспект, зажатый со всех сторон высотками из стали, стекла и бетона: такие были популярны в конце прошлого столетия, но и сейчас они довольно часто встречаются во многих городах и с первого взгляда было не понять, что это за город, однако множество вывесок с иероглифами явственно отсылали нас в восточные страны, а дед облачённый в дорогое кимоно, вышедший на первый план с девяностопроцентной уверенностью позволял предполагать, что это Япония. Сухенький раскосый дед с жидкой седой бородёнкой, положив руку на рукоять висящего сбоку меча, шагал прямо по центру проспекта с такой прямой спиной будто палку проглотил, а к нему со всех сторон стекались, так хорошо нам знакомые инфицированные. Миг и они, будто по команде, бросились к деду. Бросились лишь для того, чтобы, лишившись головы упасть к его ногам. Я даже заметить не успел, как он вытащил меч в длинном выпаде, снося башку одному, развернулся, рассекая голову второму от уха до уха и обратным движением вбивая катану в глаз третьему. На мгновение замер, оглядывая пространство, резким движением вырвал клинок из черепа инфицированного, тут же рухнувшего к его ногам, стряхнул лезвие возвращая его на место, чтобы через очередной миг повторить всё по новой, обезглавливая очередную троицу добежавших. Не знаю сколько наноботов он вложил во владение мечом, а может он просто всю жизнь с ним не расставался, и ему изначально дали прокачку по максимуму, но выглядело это крайне зрелищно и эффективно, не то что наши убогие попытки махать клинками, больше похожие на работу пьяных дровосеков, пытающихся зарубить убегающего от них верткого Буратино. Движения деда были скупы, быстры и крайне эффективны. И он за всё время не произнёс ни слова, в отличие от следующей компании, появившийся на нашем небесном экране под номером четыре.
