Два десятка паладинов от 200 уровня и выше — это огромная сила. Подавляющая, именно для того, чтобы не пришлось её пускать в дело.
Когда такая мощь приказывает, все должны подчиняться. И именно в этом и заключался первоначальный план Инквизиции. На встречу приходит один человек, вроде как ведёт беседу пока порталисты готовят массовый прокол, а в некий момент, открываются десятки проходов, через которые врывается гвардия, и уносит будущего узника. Быстро, чисто и без соплей. И место тот выбрал удачное. Часть парка отделили барьерами, и никого лишнего там не будет. Конечно оставался риск, что человек пригласит каких-нибудь наёмников, но никто не рискнёт выступить против двадцати паладинов.
На встречу Никита конечно же готовился как на боевую операцию. Перетряхнул внутреннее хранилище, дозарядил энергокристаллы и вообще сделал полную ревизию, включая аварийные рационы и воду.
Конечно придуманный им план, скорее всего сработает, и инквизиторы умоются кровавыми соплями, но осторожность ещё никому не помешала. Потому он снял дополнительное хранилище, которое можно было потерять, оставив только то, что привязано к его ауре, и все пять кубометров пространства плотно занял различными вещами так необходимыми путешественнику в дороге.
Броню правда надел боевую, на всякий случай, чтобы не поймать шальную пулю в свалке, а меч свёрнутый в веретено, переместил за спину.
Постоянно действующий портал находился на Ррушал, в комплексе пространственной доставки, и Никита, написав на столе записку для Грура и Атли, долетел до комплекса, оставил машину на стоянке, прошёл на Арланар, и там, сев в такси, полетел в сторону восьмого сектора. Под крылом проплывали городские пейзажи самого крупного мегаполиса в Серединных мирах. Здания и парки, тонкие нити наземных дорог, и собственно восьмой сектор — бескрайнее парковое море, с искусственными реками, озёрами и водопадами. Локация «Речная заводь» находилась на полуострове, огибаемом широкой рекой, и здесь пока ещё находился кусок лесостепи, но руководство парка решило переделать его в игровой полигон для «Большой охоты» игры со стрельбой, но к счастью без реальных смертей, в разных предлагаемых обстоятельствах. Захват — освобождение заложников, штурм укреплений, и тому подобное. Молодёжь, яростно носилась с пороховыми автоматами и пулемётами, радостно палила друг в друга, добывая единицы прогресса и призы зрительских симпатий.
Но всё это в будущем, а пока, на полуострове торчали чахлые островки зелени, в окружении твёрдой словно камень почвы, и на самом берегу — имитация древних развалин, сделанных так, что внутри образовывалась небольшая беседка с широкими каменными сиденьями, напротив друг друга.
Место достаточно известное для всяких криминальных переговоров, как минимум потому что никого в округе не спрятать.
Никита походил вокруг беседки, зашёл внутрь, и присел на тёплый, отполированный миллионами задниц коричневый камень, откинувшись спиной продолжал внимательно следить за всем что происходило вокруг.
Но граждане дисциплинированно не залезали за ограждения, гуляя где-то вдали, а по направлению к беседке, степенно и неторопливо шёл мужчина в длиной золотой рясе до земли, тяжёлой цепи, и медальоном с изображением «Ока истинной веры» на груди. Мужчина вовсе не походил на церковников Земли, а выглядел скорее управляющим крупной корпорацией. Подтянутый, подвижный, с умными глазами, и причёской, забранной в косицу, перевитую золотыми нитями.
— Рад, что вы приняли наше предложение. — Мужчина кивнул, и пройдя в беседку, сел напротив. — Я, старший комтур Цирангал Утхо представляю Священный конклав инквизиции истинной веры мироздания, и у нас к вам есть несколько очень важных вопросов. — Глаза его блеснули сталью. — чтобы сразу избежать малейшего недопонимания, разговор мы будем вести в помещениях консистории дознавателей, Священного Конклава. Ну а для улучшения потенциала вашего сотрудничества, мои мальчики проводят вас.
И сразу же, по всей площадке раздались хлопки телепортов, выпуская два десятка воинов в золотых доспехах, отличавшихся только цветом узора. На некоторых багрово-алый, на каких-то светло голубой, и на парочке — чёрный.
