– Она ничего, – говорит мне Логан.
– Я знаю. Мы хорошие друзья.
– Просто друзья?
Я пожимаю плечами.
– Она месяц назад рассталась с парнем.
– И что?
Я откручиваю крышку с бутылки и делаю большой глоток воды. Не знаю точно, зачем я это сказал. Затем я перевожу взгляд на танцпол и чуть не давлюсь водой.
Чертов Дин. С каких пор он танцует сальсу? И на танцполе он выглядит чертовски хорошо. Может, Дин и сбежал из правовой школы, чтобы стать тренером, но деньги все равно сочатся ему в руки. На нем брюки цвета хаки и белоснежная рубашка, на которой расстегнуты две верхние пуговицы и закатаны рукава. Его светлые волосы падают на лоб, когда он крутит Деми так, как будто они в «Танцах со звездами».
– Как он работает ногами, – восторгается Гарретт.
На них даже бросают взгляды другие танцоры. Деми в леггинсах, кожаных сапогах и красном топе, но по тому, как двигаются ее бедра, я могу легко представить ее в ярком сарафане и на высоких каблуках с ремешками вокруг лодыжек. Может быть, с цветком в волосах. С красной помадой на этих пухлых губах.
И-и-и теперь я разыгрываю свое собственное сальса-порно у себя в голове. И его воплощает в жизнь Дин, который поднимает ногу Деми к своему бедру, они оба сексуально двигают тазом, а потом он опять ее крутит. У Деми покраснели щеки, а глаза весело блестят. Дин шепчет что-то ей на ухо, и она начинает хихикать. Ревность сжимает мне горло. Разумеется, это просто нелепо: между двумя горячими танцорами всегда что-то есть, это неизбежно. Но от того, как Дин кладет руки на тело Деми, у меня закипает кровь.
– Что вообще такое
Ханна взрывается смехом.
– Это означает «медленно».
– Неважно. Дерьмовая песня. – На самом деле, я так не считаю. Мне вообще плевать на эту чертову песню. Я только хочу, чтобы она уже закончилась. Я опять бросаю несколько злых взглядов на танцпол.
– Просто друзья? – понимающе спрашивает Логан.
Вздох, который я сдерживал, выходит наружу.
– У-у-у, он запал, – дразнит Ханна.
– Нет, – лгу я. – В этом году я откладываю секс и отношения на второй план. Я хочу сфокусироваться на хоккее.
– Понимаю. – Гарретт пару раз кивает. – Но жизнь – это не только хоккей, Дэвенпорт. – Он глядит на свою девушку, когда это говорит. Ханна – весь его мир. Я не сомневаюсь, что ради нее он пожертвовал бы всем, даже своей успешной карьерой.
– Я знаю, но я дал себе обещание. Ну, вы понимаете, чтобы вырасти как человек и всякое такое.
Ребята громко смеются, а Ханна восхищенно улыбается.
– Мне кажется, это похвально, – говорит она. – Мы так зацикливаемся на сексе и отношениях, что иногда просто забываем выделить время на себя.
– Но заниматься сексом так хорошо, – возражает Логан.
Он прав. Секс чертовски невероятен, и сейчас Дин и Деми занимаются на танцполе его вертикальной версией. У меня опять переворачивается желудок.
– Вмешайся, – предлагает Гарретт.
Я хочу повторить, что не танцую сальсу, но ди-джей опять меняет музыку. В клубе раздается более медленный, знойный бит. «Havana» Камилы Кабейо. С этим я могу работать.
– Сейчас вернусь. – Я мчусь вперед, оставляя своих спутников позади.
Я слышу, как они смеются, но мне плевать. Я иду прямиком к Деми.
– Хорош, – говорю я Дину.
Это шутка.
И не шутка.
И он это знает. С ухмылкой он хлопает меня по плечу и возвращается к остальным.
Деми смотрит на меня с изогнутой бровью.
– Ого. Это была демонстрация силы?
– Нет.
– Да ладно? То есть ты выгнал моего партнера без причины? И что мне теперь делать? – Она упирает руку в бок. Мы окружены другими танцорами, но никто из нас не двигается.
– Ну. Наверно, мне придется это сделать, – говорю я, подавая ей руку.
Она выдавливает улыбку.
– Долго же ты решался.
Я притягиваю ее к себе, держа ее за талию. Деми кладет одну руку мне на плечо, а другую – на затылок, легко обхватывая пальцами мою шею, и мы начинаем двигаться под бит. К счастью, нижние части наших тел не соприкасаются, поэтому я не чувствую агонию из-за того, что она трется об меня. Такой опыт был бы слишком сложным для моего члена.
Хотя нет. Теперь она трется об меня.
Следствие: у члена сложности.
Я пытаюсь отодвинуть бедра от ее сексуального тела, но это вызывает раздраженный вздох в мою сторону.
– Ты тоже должен танцевать, Хантер. Нельзя просто стоять.
– Я танцую, – возражаю я.
– Твое тело в метре от меня! Где ты учился танцевать? В пуританском лагере? Зачем ты вообще вклинился?
Я пожимаю плечами.
Деми на секунду задумывается. А потом триумфально хохочет.
– О боже, ты ревновал! Тебе не понравилось смотреть, как я танцую с Дином!
Еще одно пожимание плечами.
– Ха! – Она настолько ниже меня, что ей приходится потянуть мою голову вниз, чтобы достать губами до моего уха. – Признай это, – шепчет она.
Мои губы пододвигаются к
– Хорошо, – шепчу я в ответ и с удовлетворением чувствую, как по ее телу пробегает дрожь. – Может быть, немного ревновал. Но это была ненастоящая ревность.
– Что это, черт возьми, значит?
– Это была телесная ревность.
– Такой не бывает.
– Бывает. Тела ревнуют, когда видят другие тела близко друг к другу.
