– Майкл, это Ребекка, подруга Киллиана, – голос Бет звучал очень мягко.
В ответ парень издал лишь тихий нечленораздельный звук. И мне ничего не оставалось, как улыбнуться. Но в то же время мое сердце разрывалось от противоречивых эмоций. Его брат находился в таком состоянии, а МакГрегор не сказал мне о нем ни слова?!
– Я просто описывал Майклу мою девушку. Но еще не успел добраться до ее лучших качеств.
– И ты не посмеешь, Киллиан Аллан МакГрегор, – не допускающим возражений голосом отрезала Бет, хотя продолжала улыбаться.
– Но я ж без подробностей, мам. Лишь хотел рассказать ему о ее голубых глазах, длинных ногах и ее повышенной ворчливости, когда она устает.
Киллиан любил своего брата. Это было очевидно. И все же я почувствовала обиду, потому что он ничего мне о нем не сказал.
– Я оставлю вас. Знакомьтесь поближе. Пойду, закончу с готовкой.
И Бет ушла.
– Садись сюда, Ребекка. Я поверну кресло, чтобы Майкл мог видеть нас обоих.
Я села на кровать, и братишка Киллиана оживился.
– Он хочет, чтобы ты взяла его за руку.
Я наклонилась вперед и коснулась холодных пальцев Майкла. Парень сразу же перестал ерзать. Он слегка приподнял губы, но его улыбка больше походила на оскал.
– Я же говорил тебе, дружище, что она тебе понравится.
– Ты мне тоже нравишься, Майкл.
– Извини, но мне нужно посвятить братца во все детали прошедших игр.
Киллиан начал рассказывать подробности последних двух матчей. Первый был легким, потому что «Скорпионы» выиграли. Но когда он заговорил о проигрыше, его голос зазвучал напряженно. Улыбка с лица Майкла тут же исчезла. Он, казалось, хорошо понимал боль брата.
– Этот сукин сын ударил меня по голове. Но в следующей атаке Блиц повалил его.
Киллиан ничего не упустил. Он в мельчайших подробностях рассказал обо всех пасах и о каждом перехвате.
– На следующей неделе мы уезжаем из города…
Киллиан беседовал с братом до тех пор, пока не пришла Бет и не сообщила, что ужин готов. Он подкатил кресло брата к пустому месту за столом. Майкл с нами не ужинал. Бет объяснила, что он питался через специальную трубочку для кормления.
– Ему просто нравится сидеть здесь, рядом с нами. У него есть две работающие по сменам няни. Но по воскресеньям они приходят лишь к вечеру. Хорошо, когда матч проходит на домашнем стадионе: у Киллиана появляется возможность по воскресеньям поужинать с нами и немного мне помочь.
Познакомившись с семьей Киллиана, я словно прозрела. Никто ни разу не упомянул об отце. Но, увидев их вместе, я почувствовала их безграничную любовь друг к другу.
К тому времени, как мы попрощались, мои эмоции просто зашкаливали.
Киллиан МакГрегор задолжал мне кучу объяснений!
Глава 25
На обратном пути к машине мы не проронили ни слова. Но Киллиан, как всегда, держал меня за руку. Когда мы подъехали к его дому, он нажал кнопку, открывающую гараж.
– Все хорошо?
– Не уверена, – повернулась я к нему.
– Я помогу тебе выйти, и поговорим в доме.
Я уже рассказывала Киллиану о родителях и о сестре. И он очень внимательно слушал. Но, к сожалению, о своей семье не проронил ни слова. Это было очень неприятно и совсем неправильно.
Я последовала за ним, крепко сжимая его руку.
Киллиан сел на диван и притянул меня к себе.
– Сердишься, что я не рассказал тебе о Майкле? – его голос походил на шепот.
Я увидела застарелую, потаенную боль в его глазах.
– Не сержусь, но мне обидно. Почему ты мне не сказал? Боялся, что плохо отреагирую? Думал, что не смогу принять инвалидность твоего брата? – я не стала продолжать, потому что в моем голосе зазвучали гневные нотки.
– О, боже, нет, – застонал Киллиан и притянул меня ближе к себе. – Просто мне всегда очень трудно говорить об этом. Но я ни на секунду не усомнился, что ты будешь заботиться о нем не хуже меня.
Я почувствовала, как мои глаза наполнились слезами.
– Тогда почему?
– Потому что любые рассказы о нем причиняют мне дикую боль.
Он замолчал, но я решила еще расспросить его.
– А сколько лет Майклу?
– Двадцать пять. Он родился 16 марта.
– Он мой брат-близнец.
Я была в шоке. У Майкла было тело двенадцатилетнего ребенка. Он не мог говорить. А передвинуть руки мог лишь на несколько дюймов. По моему лицу скатилась первая слезинка. И Киллиан тут же поцеловал ее.
– Что же произошло?
Грудь Киллиана расширилась, когда он набрал побольше воздуха.
– Из нас двоих Майкл был самым неугомонным, непоседливым и шумливым, – на его щеках вспыхнули ямочки. – Возможно, в это трудно поверить, но мама подтвердит историю. Когда нам было девять, мы отправились на отдых, в домик на реке. Мои родители два года копили деньги на эту поездку. В нескольких сотнях ярдов от домика возвышались скалистые утесы. Они частично опоясывали озеро, в котором можно было плавать. Большой транспарант с надписью «не прыгать» прям кричал об опасности. Мой отец предупредил, что живьем сдерет с нас шкуру, если мы прыгнем с этих скал.
