Джеймсон закрыл глаза и сделал три предельно глубоких вдоха. Не время паниковать. Он повел себя как кретин. Блум же предупреждала его, но он только отмахнулся. А она оказалась права: им известно про Сару. Тот бизнесмен с часами «Брайтлинг» и в дизайнерском костюме, сидящий в вестибюле, — Стюарт Роуз-Батлер. Джеймсон вспомнил его по фотографии, которую видел на каминной полке у Либби Гудмен.
Связь появилась, но всего одна полоска. Он снова набрал номер больницы.
— Добрый день. Офис директора фонда.
— Говорит доктор Джеймсон из БМА. Мне срочно надо связаться с моей коллегой, доктором Сарой Мендакс. Если не ошибаюсь, у нее встреча с вашим директором.
Когда прорываешься через церберов, главное — правильно представиться.
— Прошу прощения, сэр, доктора Мендакс здесь нет.
Ощутив резкий прилив паники, Джеймсон поспешил подавить ее.
— Потому что она не явилась на встречу?
— Встреча проходит вне офиса. Вы пробовали дозвониться доктору Мендакс на мобильный?
— Он отключен. Вы не подскажете, где проходит встреча?
Секретарь ненадолго умолкла.
— Я не знаю.
— Не знаете, где у вашего босса деловая встреча? Что же вы за секретарь такой? — Эти слова вырвались у него, прежде чем он успел сдержаться.
— Прошу прощения, сэр, ничем не могу вам помочь. — Тон стал ледяным и отрывистым.
— Это чрезвычайно срочно. Вы можете позвонить своему боссу и выяснить, где они?
— Можно еще раз ваше имя?
Ничего у него не вышло. Эта женщина знала, где ее босс, но из какого-то высшего чувства долга не говорила.
— Доктор Мендакс нужна мне по делу крайней важности. Вы можете помочь мне или нет?
Следующим стал его звонок сержанту Грину в Бристоль.
— Грин, это Джеймсон. Мне нужна помощь. — Он соскочил с поезда на платформе 1С станции Хорсфорт.
Пока Джеймсон ждал такси, ему перезвонил сержант Грин.
— Вы были правы, — сказал он. — Эта секретарь знала, где проходит встреча. Она очень извинялась. Встреча проходит за обедом в ресторане «Браунс» — как она объяснила мне, это в городском торговом центре «Лайт». Я звонил туда, но женщина, которая мне ответила, сказала, что у них наплыв посетителей, так что невозможно разобраться, кто где.
— Я уже еду туда. Спасибо вам. Я ваш должник.
— Но какого черта там вообще происходит? С чего вдруг паника?
— Сегодня утром я видел в отеле Стюарта Роуз-Батлера. В том отеле, где остановилась моя подруга. Думаю, он ждал ее.
— Почему же вы не подошли к нему?
— Он почти ничем не напоминал самого себя на снимке. Сегодня он был чисто выбрит и хорошо одет. Я его сразу не узнал. — Приехало такси, Джеймсон махнул водителю и забрался на заднее сиденье.
— А теперь вы уверены? — в голосе Грина зазвучало типично полицейское подозрение.
— Полностью.
— После этой истории с Фэй Грэм я все-таки надеюсь, что вы ошиблись, — ради вас.
Звонок Джеймсона из такси застал Блум в поезде, идущем в Лидс. Ей понадобилось сделать над собой усилие, чтобы не выпалить: «Я же говорила тебе!» Когда Сара вчера позвонила с сообщением, что приезжает в Лидс, Блум советовала ему не встречаться с ней. Но он только отмахнулся.
На последнее сообщение в «Вотсапе» она написала конкретный вопрос: «
Блум увидела в окно, что уже показался Лидс: башня Бриджтауэр возвышалась над другими зданиями, как парус корабля. С каждым шагом вперед они откатывались на пять шагов назад. Она составила список всего, что им было известно. Кем-то, а скорее всего — группой или организацией с солидным финансированием, разработан способ выявлять психопатов. Их приглашали принять участие в игре, вероятно состоящей из ряда испытаний, ради некой неизвестной цели. Более сотни участников по-прежнему в игре, но несколько — точнее, трое — вернулись домой, к прежней жизни, будто ничего и не было. Как и предвидела Блум, сержант Грин не выудил никаких сведений из бесед с двумя другими вернувшимися. Ллуэллин наверняка предупредил их, поэтому они без труда уклонялись от вопросов полиции. Но где остальные? Некоторые числились пропавшими больше года. Все еще в игре или?.. Как долго игра способна владеть их вниманием? Несколько недель, ну, месяцев, — но год? Нет, конечно.
Блум вышла на платформу 1Б и повезла свой чемодан к турникетам. От поездки в Лондон она решила отказаться. Трибуналу придется подождать. Позднее она позвонит и придумает какое-нибудь срочное семейное дело. Ей не поверят, это осложнит положение, но сейчас это обстоятельство волновало ее меньше всех прочих.
